Школа Души Божественного Космоса
Вы хотите отреагировать на этот пост ? Создайте аккаунт всего в несколько кликов или войдите на форум.

Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды

Перейти вниз

Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды Empty Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды

Сообщение автор dimslav в Ср Июл 24, 2019 1:06 pm

Как это всегда бывает, согласно народной мудрости, имено вор всегда громче всех кричит: Держи вора!" То же самое можно сказать и о тех. "деятелях", которые придумали миф о том, что русские являются смесью различных народов, в том числе и монголоидов.

Однако, генетические и антролпологические иследованя как раз говорят об обратном: именно русские с их гаплогруппой R1A1 являются наиболее чистокровными европеоидами, вместе с другими славянами и восточными немцами (которые, на самом деле онемеченные славяне). Но даже и западные немцы (за исключеним коренных баварцев) сохранили в себе гораздо больше европеоидных генов, чем те же англо-саксы, которые, по-сути, являтся представителями гибридной расы, вобравшей в себя кроме европеоидных, еще и гены архантропов.

И именно поэтому они ненавидят славян, но особенно - русских, уже на генетическом уровне. Отсюда можно понять, почему англо-саксы на протяжении всей своей истории явно или тайно, но всегда интриговали против Руси и России, подталкивая другие европейские и даже азиатские народы к нападению на нашу страну. Ненависть к русским, агрессивность и стремление любой ценой к мировому господству - это все результат наличия звериных генов архантропов. Они же заставляют англосакских политиков врать и активно использовать "двойные стандарты", особенно в отношении русских и России.

А страх того, что их генетическая неполноценность откроется всем миру, заставляет их уже на протяжении столетий придумывать о русских и России-Руси разного рода небылицы, одной из которых как раз и является миф о смешанном происхождении русского народа и о его "монголоидности". Кстати, как раз с помощью этого мифа англосакские спецслужбы "промывали мозги" украинцам после 1991 года, пугая их новым "нашествием монголоидной России-Орды".

Но как обстоят дела на самом деле? Да все с точностью до наоборот! Вот, например, несколько интересных исследований, о которых упоминает путешественник, биолог, антрополог Г.Сидоров в своей книге "За семью печатями":

"Я перелистнул несколько страниц, и мне на глаза попалась монография Н.Н. Чебоксарова «Монголоидные элементы в населении центральной Европы». Удивило количество людей, которых исследовал учёный. Их оказалось не много – не мало, а целых 8500 человек.

«Ну и работу провернул этот Чебоксаров! – невольно восхитился я. – Сколько же лет он работал?»
И мне захотелось найти выводы, сделанные учёным. Когда я их отыскал, то не поверил своим глазам: Н.Н. Чебоксаров, ссылаясь на данные своей работы, утверждал, что основной признак монголоидности – эпикантус у русских в развитом виде почти не встречается. Его еле заметные зачатки из 8500 обследованных он встретил всего у 12 человек! В Германии же неразвитый эпикантус заметен у 8% граждан. Эстонцы, латыши, немцы, французы, даже западные украинцы считают нас, русских, полуазиатами.


Пишут научные статьи о том, что мы, русские, возникли от смешения финнов, уральских угров и древних, ушедших из Европы на восток неполноценных европеоидных племён. Мало этого, с VI века нас периодически прессовали то гунны, то авары, позднее печенеги, половцы и наконец, монголы. Но данные антропологического исследования говорят, что мы, русские, более европеоиды, чем немцы! Как это понимать? У немцев монголоидных признаков на 2% больше, чем у нас. Откуда могли взяться монголоиды в Западной Европе? Неужели это потомки загадочных тунгров? Гибридных племён, смешанных с европейским питекантропом? Другого вывода я не находил.

«Если так, то многое в поведении западноевропейцев становится понятным. Оказывается, со временем генетический звериный комплекс расползся по всей западной Европе. В результате такого феномена население центральной части Германии и Австрии стало более монголоидным, чем мы, русские! Хорошо, – рассуждал я. – Всё это касается потомков питекантропов. Но в Европе жили ещё и неметы – неандертальцы. «Неметы» означает не умеющие говорить, то есть немые. От них и произошло слово немцы. Но неметы не обладали монголоидностью. Жаль, что по линии неметов Н. Чебоксаров не проводил исследований. Иначе могли быть выводы ещё более любопытные».

Я перелистнул ещё несколько страниц подборки и натолкнулся на статью Кожевникова под названием «Русология». В ней говорилось о результатах антропологической экспедиции 1955-1959 г. В. Бунака. Учёный обследовал сто групп великорусов. В своей работе Бунак выявил максимальные и минимальные пределы отклонений и пришёл к выводу, что у русского народа они минимальные. Различные группы русских, несмотря на громадную удалённость друг от друга, представляли собой практически однородный этнос!

«Как это могло быть? – недоумевал я. – Неужели древний арианский генофонд за тысячи лет изоляции русских родов друг от друга почти не изменился? Он должен был стать другим уже сам по себе, под влиянием различных условий жизни, не говоря о факторе генетического смешения с другими этносами. Но почему-то не стал. Почему? Неужели настолько мощная у нас, русских, как говорит Ярослава, звёздная природа, что её не меняют даже тысячелетия изоляции?

А прибалты, французы, англосаксы, даже братья по крови поляки нас считают полутатарами… Вот тебе и полумонголы-полутатары! За что же вы, господа западники, нас считаете «смешай господи»? Уж, не за то ли, что вы сами представляете в своём большинстве гибридную расу? В. Бунак не сделал такого вывода, но отметил, что у русских антропологический разброс изменений в два раза меньше, чем у немцев, французов, англичан и других народов Европы.


Получается, что мы, русские, по расовому признаку чистокровные европеоиды, к тому же предельно однородные. Западные же европейцы совсем иные. У них в два раза больше, чем у нас, монголоидных и других признаков, зато последние уверены, что они представляют собой эталон европеоидной расы, а мы великорусы, белорусы и малорусы – смесь монголоидов, финно-угров и неполноценных гибридных славян. Всё наоборот! Как и должно быть в нашем перевёрнутом мире!


...Раздумывая над тем, что пришло в голову, я нашёл в журнале «Вопросы антропологии» за 1995 г. статью В.Е. Дерябина о методике статистического межгруппового анализа антропологических данных.
– «Рассмотрение смешанного набора признаков», – прочитал я длинный многообещающий заголовок.
Перелистав статью, я взялся за её изучение. В работе Дерябина не было ничего нового. Учёный, так же как и его предшественники, теперь уже применив математический анализ, пришёл к выводу об антропологическом единстве русского этноса. Мало того, по его исследованиям мы, русские, более светлые, чем остальные народы Европы. Среди нас на 25-30% больше блондинов, чем в Германии, Дании или Швеции… От того, что я прочёл, меня бросило в жар.


«Получается, что «белокурые бестии» – вовсе не немцы, а мы, восточные славяне! Германские же блондины – это в основной своей массе онемеченные потомки западных славян и жителей балтийского порусья русов».

Другого вывода в голову мне не приходило. Подумав немного, я взялся за изучение статьи «Краниология народов восточной Европы и Кавказа в связи с проблемами их происхождения».


Эту работу написал выдающийся советский антрополог В.П. Алексеев, тот самый, о котором не раз упоминал дядя Ёша. Поэтому я её читал с особым вниманием. Вывод у В.П. Алексеева был тот же: русский этнос более однороден, чем любой западный. Кроме этого, ссылаясь на работы своих коллег, Алексеев пришёл к выводу, что в русском этносе, несмотря на его однородность, прослеживаются древние межплеменные различия. Например, белорусы происходят от радимичей и дреговичей, правобережные украинцы от древлян. То же самое и с другими группами русского населения.


Черниговцы представляют собой копию своих предков – северян, смоляне и псковичи – кривичей, новгородцы и поморы очень похожи на средневековых словен. По мнению Алексеева, русский этнос представляет собой древнейший в Европе пласт чисто нордического населения. Несмотря на еле видимые специалистами межплеменные различия, он целостен и удивительно однороден. На вопрос, как такое могло произойти, учёный в своей работе не ответил.


Досконально изучив статью В.П. Алексеева, я мельком просмотрел в русском антропологическом журнале №3 и статью Краснова, учёный написал её в 1902 году. Он обследовал десять российских губерний. Свою работу учёный проводил на военных призывных пунктах. И какой же вывод: тот же самый. Русские в основной своей массе белокурые сероглазые европеоиды. Блондинов среди них на юге 20% и выше. На севере от 50 до 70%.
Перелистнув статьи ещё нескольких антропологов, я открыл одонтологическое исследование А.А. Зубова. Свою работу Зубов опубликовал в 1970 году, в период наибольшего расцвета Советской науки. К удивлению исследователя, среди всех изученных им групп русского этноса не у одного человека он не обнаружил ложкообразных монголоидных зубов. По мнению А.А. Зубова, монголоиды за всю историю русского народа никогда с ним не смешивались.


Зубов первым из Советских учёных подверг сомнению факт монголо-татарского ига. По его мнению, монголов и монголоидных тюрок никогда на Руси не было, а те, кого принято считать монголо-татарами, ими вовсе не являлись. Посмотрел я работы и других исследователей. Все они утверждали одно и то же. На несколько минут остановился на выводах генетиков. По их мнению, русский этнос более чем на 90% однороден и принадлежит к европеоидной нордической расе. Гибриды в нём составляли от силы 8-9%, монголоидов практически нет совсем.

«Вот тебе и полугунны-полуавары, полухазары-полупеченеги, полуполовцы-полумонголы! – думал я, идя к себе в спальню. – Всё как из басни Крылова, когда льву набросили на хвост ярлык, что он осёл. Последние тысячу лет на земле воцарилось время ярлыков. Ярлыки навязываются народам дегенеративной западной цивилизацией. Весь мир это понимает, но ничего поделать не может. А если кто начинает интенсивно с этой бедой бороться, то на него в Средние века устраивались крестовые походы. В наше время таких и бомбят, и завоёвывают».

..В последние десятилетия российскими и зарубежными учеными проведены генетические исследования, которые полностью подтвердили, что именно русские (вместе с белорусами и восточными украинцами) являются самыми чистокровными носителями гаплогруппы R1A1, а, следовательно, исследования и выводы В.Бунака Н.Чебоксарова, В.Дерябина, В.Алексеева, А.Зубова полностью подтвердились.

Ныне оказались выявлены и три характерных "ареала" обитания людей с наибольшей примесью неевропеоидных генов, которые довольно четко совпали с некоторыми традиционными "очагами" русофобии: Западная Украина (с прилегающими к ней территориями Польши), Бавария и Англия. Таким образом, можно сделать характерные выводы и в отношении наших "либероидов", которые ненавидят все русское, ругают русских народ и работают на врагов нашего государства. Вполне очевидно, что загадку проявления болезни преклонения перед Западом следует искать все в тех же звериных генах архантропов.

michael101063 ©

dimslav

Сообщения : 1573
Дата регистрации : 2017-04-29
Возраст : 51

Вернуться к началу Перейти вниз

Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды Empty Re: Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды

Сообщение автор dimslav в Ср Июл 24, 2019 1:08 pm


Чебоксаров Н.Н. Монголоидные элементы в населении Центральной Европы. // Учёные записки МГУ.- М., 1941.- Вып. 63. - С. 235-270

У немцев чаще встречаются сильно выступающие скулы, косое положение и узкий разрез глазной щели, складка верхнего века, низкое переносье, уплощенная спинка носа … Сравнения немцев Шейдта с различными восточно-европейскими группами - русскими, финскими и даже тюркскими - показывает, что монголоидные особенности распространены в центральной Европе не менее, а скорее даже более, чем Европе восточной. По многим основным расовым признакам ганноверцы и баденцы оказываются явно "замонголизированными" в сравнении с воронежскими русскими или вычегодскими коми, мало уступая в этом отношении туркменам Северного Кавказа, наполовину состоящими из монголизированных элементов. Отдельные монголоидные черты, а иногда и их сочетание можно констатировать и на германских черепах Баварии (Заллер,75), Франконии (Егер, 57), Ганновера (Гаушильд, 52; Заллер, 77). С наибольшей ясностью монголоидная примесь выступает однако в лангобардской серии 6 века из Никича в Бургенланде (восточная Австрия), изученная Гертрудой Мюллер… в статье Мюллер упоминается так же о черепах германского племени гепидов из Кроации, исследованных Лебцельтером и обнаруживающих еще более заметную смешанность с монголоидами (65). В свете изложенных фактов интересно вспомнить и о старых работах Гёльдера, нашедшего среди древнегерманских черепов из "рядовых могил" Вюртемберга около 20 % мешанных "турано-германских" форм (55 стр.13). Под "туранским типом" Гёльдер несомненно подразумевал монголоидов; недаром характерными особенностями этого типа он считал широкое лицо с выдвинутыми вперед скулами, плоский слабо выступающий нос с широким переносьем, невысокую нижнюю челюсть (там же, стр. 5). Черепа с "туранскими" черта концентрируются по свидетельству Гёльдера в долине верхнего Дуная от Гюнсбурга до Зигмарингена (там же стр. 13). Правильность заключения о наличии монголоидных элементов в составе германских племен центральной Европы подтверждается так же контрольным сравнением изображений германских черепов с аналогичными материалами по Швеции, прекрасно изданными в альбоме Ретциуса… монголоидные типы распространились на территории современных Австрии, Тироля, Баварии Вюртемберга, где следы их ясно выступают на древнегерманских костяках, а так же среди современного населения… С первого взгляда может показаться странным, что современные немцы нередко обнаруживают в своем антропологическом облике больше монголоидных черт, чем многие группы Восточной Европы. Но парадоксально здесь только кажущееся, так как в действительности большая "замонголизированность" баварцев в сравнении с русскими объясняется тем, что носители монголоидных элементов - кочевники причерноморских степей в большом количестве оседали не на пути своего движения, а на его конечных этапах… Сформировавшиеся к концу 1 тысячелетия до нашей эры германские племена были антропологически метисными уже в эпоху своего возникновения. В их состав входили не только различные европеоидные расовые типы второго порядка, но и промежуточные "урало-лапоноидные" комплексы. Тесный контакт с кочевниками в 4 - 10 веках усилил долю монголоидных элементов среди германцев

dimslav

Сообщения : 1573
Дата регистрации : 2017-04-29
Возраст : 51

Вернуться к началу Перейти вниз

Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды Empty Re: Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды

Сообщение автор dimslav в Ср Июл 24, 2019 1:10 pm

Чебоксаров. Антропологический состав современных немцев
Тематически данная статья тесно связана с моим очерком о монголоидных элементах населения Центральной Европы, помещенном выше в этом сборнике. Основная задача статьи – углубить начатый в очерке антропологический анализ современных немцев и выделить среди них основные локальные расовые типы («расы второго порядка») преобладающего здесь европеоидного круга форм.
В старых работах по антропологии Европы (например, у Риплея, Деникера и др.) расовое многообразие населения Германии объяснялось главным образом взаимодействием двух типов: северного – мезокефального, высокорослого и светлого, и альпийского – брахикефального, низкорослого и относительно темного. Со времени исследования Рудольфа Вирхова по пигментации немецких школьников принималось за аксиому, что северный (нордийский) тип господствует на севере Германии – вдоль побережья Немецкого и Балтийского морей, альпийский же на юге – в предгорьях Бадена, Вюртемберга, Баварии и Саксонии.
Работы Вирхова не утратили своего значения и до настоящего времени, но в свете новых фактических материалов они нуждаются в значительных дополнениях и коррективах. Особенно необходим пересмотр вопроса о распространении в Германии северной расы. Вопрос этот представляет большой научный интерес, так как правильное его разрешение позволяет вскрыть с фактами в руках несостоятельность реакционных концепций о связи между расой и языком, расой и нацией, а также наметить пути к освещению проблемы взаимоотношения расо- и этногенеза европейских народов, в частности германцев.
На северо-западе Германии, главным образом в северном Ганновере, западном Шлезвиге и на Фрисландских островах действительно намечается связь ряда существенных расовых признаков, носящая «нордоидный» характер. Наиболее ярко она выражена среди населения острова Спикероог (восточная Фрисландия), где высокорослость сочетается с очень светлой окраской волос и глаз, а также с мезокефалией и узким удлиненным лицом. Восточные фризы антропологически довольно близки к группам с явным преобладанием северного элемента, например, к норвежцам или шведам. На материковой части северозападной Германии нордоидные черты населения выявлены менее резко, но и здесь их можно проследить в районе Эмдена, в Видингсгарде и Бекингсгарде, где в сравнении с соседними группами южного Ганновера и Шлезвиг-Гольштейна наблюдается увеличение продольного и сокращение поперечного диаметров (и, соответственно, понижение головного указателя), уменьшение ширины и увеличение высоты лица, тенденция к большей узконосости. Преобладающий в этих местах расовый тип суммарно должен быть охарактеризован как высокорослый, очень светлый, мезо- или суббрахикефальный, с большим длинником и довольно крупным поперечником, умеренно широким и средневысоким лицом, узким носом с прямой или выпуклой спинкой. Пользуясь терминологией Деникера, принятой в новейшее время и Бунаком, тип этот можно назвать «подсеверным» (субнордийским). Морфологически он занимает промежуточное положение между светлыми брахикефалами Прибалтики и Средней Европы и «классической» северной расой Скандинавии.
Существование подсеверного комплекса в пределах Германии кроме перечисленных районов возможно подозревать, правда, в меньшем количестве, в некоторых группах Шлезвиг-Гольштейна. Сравнивая, например, обследованных Заллером во Фленсбурге спортсменов или население южных Дитмаршей с другими шлезвиг-гольштейнскими сериями, не трудно обнаружить у первых известные сдвиги в нордоидном направлении (понижение головного указателя, уменьшение скулового диаметра и т.д.). За счет примеси рассматриваемого элемента следует вероятно относить и ту тенденцию к мезокефалии, которая прослеживается в Ольденбурге и Вестфалии. Возможно, что антропологический облик населения северозападной Германии сложился в результате взаимодействия среднеевропейских и прибалтийских светлых брахикефалов с нордийским элементом. Допустимо также, что подсеверный тип входит в состав населения северовосточной Германии, мало еще изученного в антропологическом отношении. По данным Парсонса, невысокий головной указатель (81-82) сочетается здесь со светлой пигментацией и ростом выше среднего. Обследованная Хешом и очень неполно опубликованная Грау группа из Западной Пруссии относительно высокоросла, суббрахикефальна, характеризуется коротким и широким лицом и умеренной узконосостью. Подсеверный элемент является вероятно одним из составляющих ее типов.
Таким образом присутствие нордоидов в северной Германии несомненно, но отсюда еще очень далеко до утверждения о господствующем или даже широком распространении северной расы среди всех немцев. Ведь за пределами указанной северной зоны в Германии нет ни одного района, в котором можно было бы предполагать сколько-нибудь заметную примесь нордийского комплекса.
Антропосоциологи XIX и начала XX века – Ляпуж, Чемберлен, Аммон, Вольтман и другие считали основным признаком северной расы долихокефалию. Именно при помощи разных манипуляций с головным указателем они «доказывали» повсеместное распространение нордийского типа среди германских народов. Однако по мере накопления фактических данных по расовой антропологии немцев становилось все более ясным, что в Германии не только нет ни одной подлинно долихокефальной группы, но и мезокефальные серии встречаются как исключение, и то лишь на северо-западе страны. Вся южная и центральная Германия представляет собой зону резко выраженной брахикефалии. В Силезии, например, головной указатель достигает 85-86, являясь едва ли не самым высоким для всей Германии. Подобные же цифры мы имеем для Саксонии, Баварии, Вюртемберга. Чтобы согласовать эти данные с концепцией преобладания у немцев северного типа, современным последователям Ляпужа приходится в полном противоречии с установками основателей антропосоциологии отказываться от использования головного указателя в качестве расового признака. Эйкштедт, например, прямо указывает, что во многих деревнях с господством северной расы средний индекс достигает 85-87! Взамен головного указателя он предлагает пользоваться для выделения северного типа различными описательными признаками, особенно же формой и размерами лица.
Но описательные признаки не дают никаких оснований для вывода о преобладании в Германии нордийского комплекса. Сравнение больших немецких серий Шейдта и Кнебля с действительно нордийскими норвежцами Брина показывает, что между ними в морфологических особенностях лицевого скелета и мягких частей лица наблюдаются огромные различия. У немцев гораздо сильнее, чем у норвежцев, развита складка верхнего века, площе и шире лицо, ниже переносье, уже разрез глаз и т.д.
Что же касается до лицевых размеров, то связываемая с северной расой лептопрозопия (относительная узколицесть), взятая сама по себе, вовсе не является специфичной для нордийского комплекса и поэтому пригодна для его выделения еще меньше, чем головной указатель. Кроме того, по данным того же Эйкшедта, среди немцев преобладают относительно широкие лица, слабо напоминающие стандартные скандинавские физиономии. Стараясь спасти положение и выбраться из им же созданной путаницы, Эйкшедт принимает существование двух вариантов северной расы: узколицего («тевтонского») и широколицего («дальского»). Но это мало помогает, так как при отказе от использования головного указателя и допущении существования хамэпрозопных нордийцев наряду с лептопрозопными, само понятие о «северной расе» теряет реальное содержание, поскольку единственными ее особенностями остаются высокий рост и светлая окраска глаз и волос. Рост же, как известно, сильно зависит от экзогенных факторов и только в слабой степени может служить для расовой диагностики. К тому же настоящая высокорослость, близкая к скандинавской, встречается только на севере Германии. Депигментация, как мы подробно показали в другом месте, тоже сочетается с различными комбинациями других расовых признаков и, рассматриваемая изолированно, не является специфической чертой северной расы. Аргументируя для доказательства широкого распространения в Германии нордийцев голубыми глазами и белокурыми волосами, Эйкштедт допускает грубую методологическую ошибку, игнорируя одно из основных положений современной антропологии – понятие о комплексности расы.
Не выдерживает критики и другой прием нахождения северной расы, нередко применяемый защитниками теории о широком распространении нордийцев в Германии. Речь идет о констатировании примеси северного комплекса на основании наличия в исследуемой популяции некоторого количества высокорослых, светлых и длинноголовых субъектов. Именно таким методом определял в свое время Аммон удельный вес нордийцев в баденском населении. В последнее время тот же прием в слегка измененном виде широко используется Лебцельтером, Ридом, Заллером, Эйкштедтом и др. В сущности мы имеем здесь дело с построением, противоречащим элементарным требованиям расового анализа. Известное количество «нордоидных» по внешнему облику людей должно встретиться всюду, где достаточно варьируется цветность (рост и головной указатель варьируют почти повсеместно). Простой статистический подсчет показывает, что в любой европеоидной светлой (хотя бы умеренно) группе сочетание высокого роста со светлыми глазами и волосами и относительно низким головным указателем не должно быть редким исключением. Если в Бадене, например, 1,5% населения по 2-3 признакам воспроизводят северный тип, то это вовсе не указывает на реальную примесь нордийского элемента, но просто объясняется свойственной всему органическому миру внутригрупповой изменчивостью физического типа.
Не отрицая нордоидных влияний в северозападной Германии, и не предрешая окончательного вопроса о наличии подсеверного комплекса на северо-востоке страны, мы должны решительно высказаться против попыток обнаружить северную расу всюду, где звучит немецкая речь, при помощи подобных – по существу антинаучных – методов.
Лишены фактической базы и реакционные теории специфической связи северной расы с германскими или вообще с индо-европейскими народами. Новейшие исследования показывают, что в Восточной Европе имеются славянские и финские группы, воспроизводящие особенности северной расы по многим признакам не менее ярко, чем любая из описанных до настоящего времени немецких серий. Из зарубежных серий севернорасовый облик имеют, например, югозападные финляндцы из провинции Варсинайс Суоми: они высокорослы, мезокефальны и очень сильно депигментированы. Весьма значительна доля нордийского комплекса и среди западных эстонцев, исследованных Аулем: невысокий головной указатель сочетается у них с высокорослостью, светлыми глазами и волосами, прямой спинкой носа и т.д. Присутствие северного компонента несомненно также у латвийских ливов и латышей. Субнордийский облик, напоминающий северозападных немцев, имеют кашубы, описанные Талько-Гринцевичем. Рост их выше среднего (168,1 см), череп суббрахикефальный (81-82), лицо невысокое и умеренно широкое, нос мезоринный, с преобладанием прямых и выпуклых спинок, глаза и волосы депигментированы, хотя и не столь сильно, как у вышеперечисленных групп. Данные Мидлярского и других польских антропологов, сведенные Ириной Швидецкой, показывают, что субнордийский комплекс широко распространен по всему северу бывшей Польши.
В пределах СССР особенности северного типа отчетливо выражены у северных карел, у кемских и архангельских помор, у мордвы-эрзи Лукояновского района Горьковской области, у русских низовьев Ветлуги и Шунгенского района Ярославской области. Исследования автора, произведенные в 1938-1940 гг., показали, что северный элемент преобладает также среди русских новгородского Поозерья и области новгородской колонизации на Северной Двине и Ваге (Холмогоры, Шенкурск), а также среди коми Удорского района и Печорского округа Коми АССР.

Н.Н. Чебоксаров. Антропологический состав современных немцев // Ученые записки МГУ, вып. 63, 1941

dimslav

Сообщения : 1573
Дата регистрации : 2017-04-29
Возраст : 51

Вернуться к началу Перейти вниз

Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды Empty Re: Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды

Сообщение автор dimslav в Ср Июл 24, 2019 3:39 pm

Азиатское наследие

Древние монголоиды оставили свои гены самой белой расе. Великороссы и другие представители самой белой расы унаследовали от своих азиатских предков некоторые монголоидные особенности. Эти особенности проявляются в различных формах.

Советские антропологи Н.Чебоксаров, М.Витов, К.Марк и другие писали в своих работах о монголоидной примеси, которая присутствует в представителях беломорско-балтийской расы. В ходе изучения расовых признаков беломоробалтийцев был обнаружен так называемый “отпечаток” монголоидности. “В Прибалтике отпечаток этот наиболее ярко выражен, вне всякого сомнения, у эстонцев. Как уже было указано при обзоре групповых вариаций отдельных признаков, эстонцы заметно отличаются от латышей и особенно от литовцев такими чертами, как несколько меньшая степень извилистости волос, ослабленный рост бровей, большое выступание скул, повышенное развитие складки верхнего века, тенденция к понижению высоты переносья, сравнительно частое наличие круглой и треугольной формы носовых отверстий. Все перечисленные особенности относятся к числу тех диагностических признаков, которые позволяют дифференцировать северо-восточных, или беломорско-балтийских, светлых европеоидов от северо-западных или атланто-балтийских. И служат основанием для очень существенного историко-антропологического вывода об участии в формировании первых (т.е. беломорско-балтийской расы – прим. редактора), древних монголоидных элементов, проникавших, начиная с раннего неолита, в восточную Европу из-за Урала вдоль Таежной полосы”, - писал Н.Чебоксаров в “Материалах Балтийской этнографо-антропологической экспедиции” (стр.130).
Спойлер:

Монголоидный “отпечаток”, или, как еще говорят, монголоидный “налет” обнаруживается у многих представителей беломорско-балтийской расы, и особенно у эстонцев. “Эстонцы, даже при первом взгляде, отличаются от латышей и литовцев некоторым “монголоидным налетом”, который сказывается, в частности, в их “скуластости”, заметной визуально и отмечаемой самими прибалтийскими народами. Наиболее ясно этот “монголоидный налет” выражен бесспорно у сету. Он отчетливо выступает также в других группах восточной Эстонии (жителей Йыхви, Тарту). У ижор, частично также у латгальцев, по мере продвижения от восточных районов Эстонии и Латвии к западным районам, этот налет встречается все реже и реже. Однако и у западных эстонцев, даже среди уроженцев островов Сааремаа и Кихну, нередко можно встретить отдельных людей с заметно выступающими скулами, несколько наклонно расположенными глазами, большой складкой верхнего века, невысоким переносьем и другими “монголоидными” чертами” - написано в “Материалах Балтийской этнографо-антропологической экспедиции” (стр.130).

Советские антропологи сделали открытие, которое имеет очень важное значение. В ходе изучения великороссов, эстонцев, а также других беломоробалтийцев, обнаружена связь между наличием монголоидных признаков со степенью светловолосости и светлоглазости (так называемой “депигментации”). Взаимозависимость монголоидных особенностей и степенью светловолосости и светлоглазости (пигментации) выражается в том, что чем больше проявляются монголоидные признаки, тем выше степень светловолосости и светлоглазости (тем сильнее депигментация).

“Эстонцы – одна из самых “белокурых” групп, когда-либо обследованных советскими антропологами. У латышей, и в особенности у литовцев, пигментация волос значительно интенсивнее (т.е. латыши и литовцы имеют более темные волосы – прим. редактора). Фактические материалы, таким образом, подводят нас к парадоксальному, с первого взгляда, выводу о связи в Прибалтике резко выраженной депигментации (т.е. высокой степени светловолосости и светлоглазости – прим. редактора) с только что описанным “налетом” монголоидности. По существу, однако, связь эта не должна нас удивлять, т.к. аналогичные отношения характерны и для многих других народов северной половины европейской части СССР, например, для вепсов (по данным Г.Ф.Дебеца) или для коми (зырян) и соседних с ними русских, обследованных автором настоящей статьи”, - писал Н.Чебоксаров в “Материалах Балтийской этнографо-антропологической экспедиции”.

“Очень большой интерес представляет тот факт, что наиболее “монголоидные” группы в Восточной Прибалтике оказываются в то же время наиболее депигментированными (т.е. самыми светлыми – прим. редактора). Так, эстонцы отличаются от латышей и литовцев не только некоторыми “монголоидными” чертами, но и большой степенью депигментации глаз и в особенности волос. Сильно депигментированными оказываются наиболее “монголоидные” местные группы населения восточной Прибалтики – сету и ижоры” (материалы Балтийской этнографо-антропологической экспедиции, стр.24).

Наличие монголоидной примеси, выявленной у финских народов, а следовательно и у близкородственных им великороссов, дает основание полагать, что одними из предков самой белой расы были азиаты.

“В формировании народов Прибалтики принимали участие какие-то племенные группы восточного, вернее всего – уральского, а может быть, и зауральского происхождения. Само формирование восточно-балтийского типа трудно объяснить иначе, как процессом смешения европеоидных и монголоидных элементов”, - писал Н.Чебоксаров в книге “Некоторые вопросы этической истории Советской Прибалтики (материалы Балтийской этнографо-антропологической экспедиции 1952 года” стр.7).

Монголоидные признаки, которыми обладают великороссы, финские народы и другие представители самой белой расы, показывают силу азиатских генов. Смешение монголоидов и европеоидов, в результате которого возникла самая белая раса, происходило на рубеже VI – V тысячелетий до нашей эры. Таким образом, смешанные монголоидно-европеоидные группы возникли более 7000 лет назад. Следовательно, монголоидные гены появились у населения северо-восточной Европы несколько тысяч лет тому назад. В течение 7000 лет монголоидные гены не были утрачены несмотря на то, что северо-восток Европы находился в центре важных исторических событий – войн, переселений народов и торговых контактов. Современные великороссы и финские народы сохранили монголоидную наследственность. Этот факт показывает устойчивость и силу монголоидных генов.

В человеческом организме существуют так называемые “доминантные гены” - это сильные и устойчивые гены. Проявление доминантных генов не зависит от количественных показателей. Даже небольшое количество доминантных генов способно передавать наследственные свойства. Именно доминантные гены обеспечивают передачу наследственной информации. Факт того, что азиатский генетический материал сохранялся в течение 7000 лет у представителей беломорско-балтийской расы говорит о том, что монголоидные гены являются доминантными. Монголоидные гены обеспечили не только внешние расовые признаки, но и духовные способности беломоробалтийцев. Монголоидные гены передали беломоробалтийцам многие свойства азиатского характера.

Одним из свойств азиатско-монголоидного характера является высокий воинский дух. Князь Н.С.Трубецкой с восхищением писал о высоком воинском духе монголоидов. Видный военный теоретик, генерал, князь Н.С.Голицын признавал значимость монголоидного военного духа. Генерал-лейтенант, георгиевский кавалер, барон Р.Ф.Унгерн фон Штернберг очень высоко оценивал воинские качества монголоидов.
Превосходный воинский дух монголоидов был унаследован представителями самой белой расы. Монголоидное наследие стало одной из причин феноменального героизма и титанизма великороссов. Многочисленные исторические факты показывают редкостную военную доблесть великороссов. Русский народ одержал большое количество блестящих побед. Именно великороссы были главными победителями в грандиозных военных кампаниях Нового времени. Великая доблесть и храбрость великороссов в значительной степени связана с монголоидной наследственностью.

Монголоидные гены стали причиной того, что многие представители беломорско-балтийской расы имеют большой скуловой диаметр. Диаметр скул большей части беломоробалтийцев приближается к монголоидным стандартам. Диаметр скул монголоидов-калмыков составляет в среднем 145,8мм (данные Н.Чебоксарова). В то же время скуловой диаметр южных европеоидов – египтян, достигает лишь 125,5мм. Представители беломорско-балтийской расы характеризуются большим размером скул. Так, например, размер скул эстонских групп превышает 140мм.

эстонцы-рапласские – 143,8мм

эстонцы-хаапсалуские – 142,8мм

эстонцы-лихулаские – 144,4мм

эстонцы-отепяские – 144,0мм

эстонцы-ийзакуские – 144,0мм

финны-мюнямякиские – 141,0мм

финны-кокемякиские – 142,4мм

финны-хаухоские – 142,6мм

финны-кеуруские – 142,8мм

Другим важным монголоидным признаком является средняя высота переносья – “вздернутый нос”. Средняя высота переносья, по данным Н.Чебоксарова и Г.Дебеца, встречается у русских Оштинского района Вологодской области в 73,1% случаях и у жителей Холмогорского района Архангельской области – в 72,0%.
Одной из отличительных особенностей азиатов является “косое положение глаз”, связанное с наклоном осей глазной щели, когда наружный угол выше. Косое положение глаз встречается у эстонцев-хаапсалуских в 34,0% случаях, у эстонцев-лихуласких в 33,7% случаях, у эстонцев-карксийских в 33,0% случаях, у эстонцев-раквереских в34,0% случаях, у финнов-кеселахтинских в31,2% случаях, у финнов-юлиторниоских в 30,2% случаях, у финнов-ристинаских в 31,5% случаях, у финнов-кеуруских в 32,1% случаях. (Данные К.Марк из книги “Антропология прибалтийско-финских народов”)
Другим важным монголоидным признаком является малая ширина глазной щели (так называемая “узкоглазсть”). Малая ширина глазной щели встречается у эстонцев-хаапсалуских в 45,0% случаях, у эстонцев-карксийских в 35,0% случаях, у эстонцев-выруских в 36,0% случаях, у эстонцев-ийзакуских в 34,7% случаях, у финнов-асколаских в 33,3% случаях, у финнов-куриккаских в 40,2% случаях, у финнов-хаухоских в 33,3% случаях, у финнов-ристинаских в 32,9% случаях, у финнов-киурувеских в 30,7% случаях, у финнов-кеселахтинских в33,0% случаях. (Данные К.Марк из книги “Антропология прибалтийско-финских народов”)

Приведенные данные показывают, что великороссы, финские народы и другие представители самой белой расы имеют монголоидные признаки. Перефразируя известное высказывание о татарине и русском, можно сказать: “Потри самого белого человека и получишь монголоида”.

Наличие монголоидных генов говорит о том, что азиаты были одними из предков самой белой расы

https://www.politforums.net/crimea/1340301491_1.html


Последний раз редактировалось: dimslav (Ср Июл 24, 2019 4:48 pm), всего редактировалось 1 раз(а)

dimslav

Сообщения : 1573
Дата регистрации : 2017-04-29
Возраст : 51

Вернуться к началу Перейти вниз

Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды Empty Re: Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды

Сообщение автор dimslav в Ср Июл 24, 2019 4:44 pm

А.Г.Кузьмин




Об этнической природе варягов



(к постановке проблемы)*
 
Гедеонов С.А. Варяги и Русь. В 2-х частях. 2-е изд. -
М.: НП ИД "Русская панорама", 2004, с. 576-620.
 
1:


        Известная летописная легенда рассказывает, что Древнерусское государство было основано пришельцами из-за моря – «варягами», приглашенными на княжение племенами словен, кривичей, веси, мери и чуди. Летопись называет имена трех братьев, пришедших «с родом своим» на княжение (Рюрик, Синеус, Трувор), сообщает об основании ими ряда городов и распределении их между «мужами», отмечает, что новгородцы происходят «от рода варяжска» и от варягов новое государство получило название «Русь». Отделившийся от Рюрика варяжский отряд Аскольда и Дира захватил Киев. Позднее, после смерти Рюрика, Олег (по другой версии – Игорь), обманом устранив Аскольда и Дира, утвердился в Киеве, а власть варягов и имя «Русь» распространились на всю территорию, прилегавшую к пути «из варяг в греки»1. Пересказанная легенда противоречит другим летописным текстам и внутренне противоречива. Летопись содержит и тексты, в которых «русь» отождествляется с полянами (то есть населением Среднего Поднепровья), а варяжские князья дают славянские названия вновь построенным городам, даже если эти города возникают на неславянской территории (например, Белоозеро).

        Историографическая традиция, идущая от З.Байера, отождествляет варягов с германо-язычными норманнами, исходя из факта совпадения некоторых варяжских имен (а также имен русских послов и купцов из договоров Олега и Игоря с греками) со скандинавскими именами. Это отождествление является основой «норманизма». Крайние норманисты связывают с норманнами все основные черты древнерусской цивилизации, умеренные настаивают лишь на
----------------------------------
* Публикуется по изданию в журнале "Вопросы истории", 1974, № 11.
1 Летопись по Лаврентьевскому списку (далее – ЛЛ). – СПб., 1897. С. 18-20, 22-23; Полное собрание русских летописей (далее – ПСРЛ). Т. II. – М., 12. Стб; Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов (далее – НПЛ). – М.-Л., 1950. С.104-107.
576
 
принадлежности к норманнам княжеской династии и социальной верхушки возникшего в IX в. государства. Традиционный антинорманизм, у основания которого стоял М.В.Ломоносов, признавал варягов за балтийских славян или этнически разнородное прибалтийское население. Сторонники этого направления обращали внимание на то, что летописец указывает не на скандинавское, а на северогерманское «заморье», заселенное в тот период славянами. Полемизируя с единственным серьезным аргументом норманистов – совпадениями ряда варяжских и скандинавских имен, М.В.Ломоносов справедливо указывал, что «на скандинавском языке не имеют сии имена никакого знаменования».2  Столетие спустя С.Гедеонов высказывал убеждение, основанное на полуторастолетнем опыте историографии, что «при догмате скандинавского начала Русского государства научная разработка древнейшей истории Руси немыслима».3 Такой вывод неизбежно вытекал из факта отсутствия в древнерусском языке и культуре (в том числе в древнерусском язычестве) бесспорных германизмов.

В советское время, в 30-40-е годы, акцент переместился на анализ общих и конкретных условий возникновения государств как спонтанного закономерного процесса, а норманизм критиковался главным образом за игнорирование или недооценку этого марксистского положения. Представление о незначительной роли в древнерусской истории варяжского элемента делало, по существу, излишним уточнение вопроса о том, что он собой представлял. Фактически же была сделана уступка норманизму: признавалось, что варяги – это скандинавы.

Однако сложившиеся представления о соотношении автохтонного и привнесенного начала в последнее время серьезно пошатнулись. В археологической литературе все более широкое обоснование получает тезис, что удельный вес норманно-варягов был намного значительней, чем это предполагалось некоторое время назад. С норманнами теперь связывается подавляющая часть социальной верхушки Древнерусского государства. На Белое озеро и Верхнюю Волгу, согласно новым представлениям, варяги-норманны проникают примерно на столетие раньше славян.4

-------------------------------
2 Ломоносов М.В. Полное собрание сочинений. Т. VI. – М.-Л., 1952. С. 30-31.
3 Гедеонов С. Варяги и Русь. – СПб., 18. С. VI.
4 Ср. Клейн Л.С., Лебедев Г.С., Назаренко В.А. Норманнские древности Киевской Руси на современном этапе археологического изучения // Исторические связи Скандинавии и России. – Л., 1970; Кочкуркина С.И. Юго-восточное Приладожье в X-XIII вв. – Л., 1973 и др.
577
 
Значительно усилились германские акценты и в лингвистике, особенно в объяснении отдельных имен или названий днепровских порогов.5  Нетрудно заметить, что нарастание количества уже подводит к необходимости осознания нового качества. Признание социальной верхушки иноплеменной делает беспредметным рассуждение о возникновении государства как автохтонного процесса: представители крайнего норманизма как раз и настаивают на ведущем положении пришельцев-норманнов. Но новый материал неизбежно порождает старые вопросы. Снова возникает потребность объяснить, почему на территории, где соприкасаются варяги и угрофинны, распространяется славянский язык, почему нет сколько-нибудь заметных проявлений германских верований в язычестве Древней Руси, почему так быстро исчезают варяжские имена, причем в княжеской династии раньше, чем у рядовых дружинников. На все эти «почему» норманизм, очевидно, не в состоянии дать ответ. А это означает, что необходимо более тщательное выяснение природы тех этнических элементов, которые многие археологи и отчасти лингвисты признают северогерманскими.

      Несколько лет назад автор настоящей статьи пытался обосновать положение о том, что варяги были не скандинавами, а выходцами с южного побережья и островов Балтийского моря. Это положение вызвало возражения.6 Так, крупнейший знаток славянских древностей Г.Ловмяньский согласился с тем, что «Русь» варяжской легенды – это балтийская «Ругия» (о. Рюген). Но он не признал за летописной легендой никакого реального содержания и совершенно отделил эту «Русь» от варягов, считая последних скандинавами. Недоверие к предложенному решению в значительной мере проистекает из убежденности, что население южного берега Балтики с VI-VII вв. было чисто славянским, а варяжские имена были явно неславянскими. Между тем в статье не случайно говорилось о «славяноязычном», а не славянском населении.

-------------------------------------
5 Ср. Толкачев А.И. О названии днепровских порогов в сочинении Константина Багрянородного «De administrando imperio» // Историческая грамматика и лексикология русского языка. – М., 12. С. 29. «Всякие попытки.., – говорит он о порогах, – объяснить эти названия путем сопоставления не с северогерманскими, а с другими языками совершенно лишены основания».
6 Ср. Кузьмин А.Г. «Варяги» и «Русь» на Балтийском море // ВИ, 1970, № 10; Ловмяньский Г. Руссы и руги // ВИ, 1971, № 9; Королюк. В Д. Волохи и славяне в «Повести временных лет» // «Советское славяноведение», 1971, №4, и др.
 
578
 
Эти понятия не идентичны. Ибн-Якуб (X в.) отмечал, что «главнейшие из племен севера говорят по-славянски, потому что смешались с ними».7  Г.Меркатор прямо указывал на двуязычие балтийских рутенов-ругов: язык их «был словенской да виндальской».8 В статье отмечено, что это факт «исключительной ценности».9 Однако далее предположения о наличии в Прибалтике значительного неславянского и негерманского этнического элемента, смешавшегося позднее либо с германцами, либо со славянами, автор в то время не пошел, а это обстоятельство существенно ослабило и доказательность вывода о местоположении варягов. Очевидно, нельзя решить ни одного вопроса, связанного с варягами, не определив, кто они такие.

    Источники о варягах рассматривались неоднократно, и исследователям неизменно приходилось отмечать противоречивость имеющихся сведений. В русских летописях, в частности, отчетливо прослеживаются по меньшей мере два взгляда на этническую природу варягов: в одном случае это какой-то прибалтийский народ, в другом – все прибалтийские народы, в одних случаях славяне и варяги понимают друг друга без переводчика, в других – говорят на разных языках. Представление о многослойности этнографического введения Начальной летописи, содержащего противоречивые сведения о варягах, прочно вошло в литературу.10  Сложнее обстоит дело с выяснением вопроса, кто имеется в виду под «варягами» как представителями особой этнической группы, отличной от свеев (шведов), урман (норманнов-норвежцев), готов, «руси» (балтийской), агнян и др.11 Поэтому не лишним будет напомнить данные, свидетельствующие о нескандинавском местоположении этого этноса.

        Русские летописи называют Балтийское море «Варяжским». По сообщению С.Герберштейна, аналогичное название сохранялось еще и в XVI в. у балтийских славян: подобно русским московским, «русские» из северной Германии именовали море «Варецким». У других народов оно называлось «Немецкое», «Прусское», «Венетское».12  Этот факт не раскрывает этнической

-----------------------------------------------------
7 Куник А.., Розен В. Известия Аль-Бекри и других авторов о Руси и славянах. Ч. I. // «Записки АН». Т. XXXII, прил. № 2. – СПб., 1878. С. 54.]
8 Забелин И. История русской жизни с древнейших времен. Ч. I. – М., 1908. С. 649.
9 Кузьмин А.Г. Указ. соч. С. 45 и др.
10 Ср. Рыбаков Б.А. Древняя Русь. – М., 13. С. 219 и далее; Насонов А.Н. История русского летописания. – М., 19. С-67 и др.; Кузьмин А.Г. Указ. соч. С. 28-33, и др.; Ловмяньский Г. Указ. соч. С. 44-45 и др.
11 ЛЛ. С. 3-4.
12 Герберштейн С. Записки о московитских делах. – СПб., 1908. С. 4, 180, 181.
579
 
природы варягов, но он указывает на прямые связи восточных славян с балтийскими. В связи с упоминанием «Варяжского» моря летописец дает и уникальное пояснение: «По сему же морю седять Варязи семо ко въсто-ку до предела Симова, по тому же морю седять к западу до земле Агнянски и до Волошьски». Указание на расселение варягов «до предела Симова» обычно представляется свидетельством туманных понятий летописца. Между тем оно, возможно, очень конкретно. Согласно Хронике Георгия Амартола, использованной в летописи, «предел Симов» начинался южнее Каспийского моря. Но под влиянием традиции, идущей, по всей вероятности, из Хазарского каганата, на Руси было распространено представление, будто некоторые народы Восточной Европы имеют непосредственное отношение к Палестине. Так, летописец в рассуждении о народах под 10 г. уверяет, будто волжские болгары – это «сыны Амонове», а «хвалисы» – «сынове Моавли».13 И те и другие признаются, таким образом, семитскими народами. Отсюда и убеждение, будто Волга «идеть на въсток, в часть Симову».14

    Указание на «предел Симов», следовательно, имеет в виду лишь соприкосновение с землями Волжской Болгарии. Представление это созвучно той части варяжской легенды, где говорится о подчинении власти Рюрика земель веси, мери и муромы, то есть всего Верхнего Поволжья. Восточный автор XI в. ал-Бируни также считал, что «море варанков» и одноименный народ «на его берегу» непосредственно примыкали к Болгарии.15 Очевидно, в тесной связи с этими представлениями находится и версия о варяжском происхождении Новгорода. По мнению А.А.Шахматова (впрочем, им не развитому), в «Древнейшем своде 1039 г.» было смешение словен и варягов.16

      Западные пределы расселения варягов летописец ограничивал землями «Агнянской» и «Волошской». Этноним «агняне» соседствует в летописях со свеями, готами, варягами, русью. В то же время даны, один из самых активных «норманнских» народов, в Повести временных лет даже не упоминаются.

----------------------------------------
13 ЛЛ. С. 2. Ср. Кузьмин А.Г. Статья 1113 г. в «Истории российской» В.Н.Татищева// «Вестник Московского университета». Серия IX, 1972, № 5. С. 85-87.
14 ЛЛ. С. 3.
15 Крачковский И.Ю. Избранные сочинения. Т. IV. – М.-Л., 1957. С. 248.
16 Шахматов А.А. Разыскания о древнейших русских летописных сводах. – СПб., 1908. С. Мысль о своде 1039 г. отвергается большинством современных исследователей, но отмеченное смешение, если оно имело место, могло относиться ко времени не позднее XI в., когда власть Киева над северной половиной Руси осуществлялась через Новгород.
580
 
На это обстоятельство постоянно обращалось внимание, и в объяснении его наблюдается общий подход: коренное население Дании именно англы. Название это имеет географическое происхождение (от Angeln – угол): в области Шлезвиг-Гольштейн на границе нынешней Германии и Дании два залива образуют «угол», и соответствующее название сохраняется на протяжении всего средневековья и даже в новейшее время.17  Напомним, что с землями англов соприкасались области расселения балтийских славян, именно вагров.

      Несколько сложнее обстоит дело с землей «Волошской». А.А.Шахматов пришел к выводу, что первоначально «волохами» назывались кельты, а затем славяне так именовали франков и все романские народы, входившие в состав франко-романской империи.18  Это объяснение представляется убедительным и автору настоящей статьи. Но поскольку оно вызвало возражения 19, а развертывание аргументации потребовало бы много места, придется пока оставить этот вопрос открытым, тем более, что западный предел и без того фиксируется достаточно надежно. С другой стороны, решение вопроса об этнической принадлежности варягов неизбежно прольет свет и на проблему «волохов» и «Волошской земли».

      Прямое указание на «варяжское Поморье» как южный берег Балтики имеется в Ермолаевском списке Ипатьевской летописи. Говоря об убийстве польского короля «Премышлява» (Пшемысл II был убит в 12 г.), западнорусский летописец отмечает, что король был таким образом отмщен за смерть своей первой жены Лукерьи, которая «бо бе рода князей Сербских, с Кашуб, от помория Варязкаго от Стараго града за Кгданском».20 Запись эту норманисты игнорируют, возможно, из-за недоверия к Ермолаевскому списку как относительно позднему. Но если допустить, что обозначение Поморья как «варяжского» принадлежит переписчику XVII в., то это будет указывать на живучесть традиции, а никак не на ее отсутствие. «Варяги» оставили ряд топонимов на территории от Мек-ленбурга до Пруссии (на том или ином удалении от моря). Производные от этнических названий «варин» и «вэринг» широко представлены в саксонских

---------------------------------------
17 Ср. Трубачев О.Н. О племенном названии уличи // «Вопросы славянского языкознания». Вып. 5. – М., 11. С и др. Британия была известна русским летописцам как «остров Вротания».
18 Шахматов А.А. Волохи древнерусской летописи // «Известия» Таврической ученой архивной комиссии, № 54. – Симферополь, 1918. Ср. Кузьмин А.Г. «Варяги» и «Русь». С. 31.
19 Королюк В.Д. Указ. соч.
20 ПСРЛ. Т. II. – СПб., 1843. С. 227.
581
 
именах. В Норвегии зафиксирован топоним Varangerfjord.21  Однако значение этих фактов совсем не то, которое им придают норманисты. Эти факты свидетельствуют о наличии в Прибалтике этнической группы, именовавшейся «варягами», выходцы из которой во всех названных областях были посторонним, пришлым элементом. Заметим также, что «свеи» – шведы на той же территории известны под своим именем.

        Можно напомнить и о том, что «варяги», ограбившие в 1188 г. новгородцев, не были ни свеями, ни готами и что только из южных областей Прибалтики они могли прийти в 1201 г. в Новгород «горою», то есть сушей.22  Спиридон-Савва, поставленный в 14 г. митрополитом в Литве, а затем бежавший из заключения на Русь, написал целый трактат с обоснованием преемственности власти русских князей от римских императоров через посредство якобы потомка их – Рюрика. Для автора было само собой разумеющимся, что Рюрик явился в Новгород с южного берега Балтики, именно из Привисленья.23 Если учесть, что с XI по XV в. у новгородцев не прерывались связи со всем балтийским побережьем, то в таком представлении можно увидеть отражение еще живой традиции.

      Давняя мысль об участии балтийских славян в колонизации северозападных районов Руси обычно опиралась на лингвистический и этнографический материал. В этом плане не потеряли своего значения работы Н.М.Петровского, П.Я.Черных, Д.К.Зеленина. В последнее время в ее пользу приводится все большее количество данных археологии. Частные наблюдения В.Б.Вилинбахова, И.И.Ляпушкина, В.М.Потина, В.В.Седова получают новое значение в свете изучения Г.П.Смирновой новгородской керамики: в ранних слоях археологического Новгорода заметный компонент составляет керамика, имеющая аналогию только в Мекленбурге.24
------------------------------------------
21 Janichen H. Die Wikinger im Weichssee und Oder-gebiet. – Leipzig, 1938. Cp. рец. М.Рудницкого в «Slavia Occidentalis» (далее – SO). Т. XVII. – Poznan, 1938; Schlaug W. Studien zu den altsachsischen Personennamen des II. und 12.Jahrhunderts//«Lunder germanistische Forschungen».30. – Lund, 1955, S; idem. Die altsachsischen Personennamen vor dem Jahre 1000// Ibid. 34.12. S4; Jacobsson G. La form originelle du nom varenges // «Scandoslavica», Copenhagen, T. I, 1954. P. 40.
22 НПЛ. C. 39 и 45; ср. Кузьмин А.Г. «Варяги» и «Русь». С. 32-33.
23 Дмитриева Р.П. Сказание о князьях Владимирских. – М.-Л., 1955. С. 162.
24 Смирнова Г.П. О трех группах новгородской керамики X – начала XI веков // «Краткие сообщения» Института археологии АН СССР (далее – КСИА). Вып. 139. – М, 1974. Существенно, что керамика изготовлялась из местной глины. Завезены, следовательно, были не сосуды, а традиции, которые и в новых условиях сохранялись довольно долго.


Последний раз редактировалось: dimslav (Ср Июл 24, 2019 4:47 pm), всего редактировалось 1 раз(а)

dimslav

Сообщения : 1573
Дата регистрации : 2017-04-29
Возраст : 51

Вернуться к началу Перейти вниз

Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды Empty Re: Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды

Сообщение автор dimslav в Ср Июл 24, 2019 4:45 pm

продолжение
2:


Естественная, «заманчивая», по выражению Г.Ловмяньского, гипотеза о колонизационном движении морем на восток получает то самое материальное обоснование, которого, как полагал польский ученый, ей до сих пор не хватало.25

      В то время, как в пользу локализации варягов у южного берега Балтики говорит ряд прямых показаний источников, для отождествления их со скандинавами нет ни прямых, ни косвенных данных. Правда, у шведских политических деятелей XVI в., по-видимому, возникало желание с помощью варягов «вторгнуться» в русскую историю. Этот сюжет затрагивался в не дошедших до нашего времени письмах Юхана III Ивану Грозному. Возражая шведскому королю, царь не соглашался с тем, что «за несколько сот лет в Свее короли бывали». «И мы того не слыхали, – замечает он, – опричь Магнуша, который под Орешком был, и то был князь, а не король».26  Юхан в какой-то связи упомянул варягов – наемников Ярослава Мудрого. Грозный на это возражал, что «в прежних хрониках и летописцех писано, что с великим государем самодержцем Георгием-Ярославом на многих битвах бывали варяги, а варяги – немцы, и коли его слушали, ино то его были».27  Ярослав, как известно, был женат на дочери шведского короля Ингигерде (по матери – внучке ободритского князя), и в свите княгини должны были находиться выходцы из Швеции. О наличии же шведского элемента в дружинах первых русских («варяжских») князей (IX-X вв.) и Юхану было неизвестно.

      Локализация варягов у южного побережья Балтики сама по себе не решает вопроса об их этнической принадлежности. Прибалтика издавна отличалась крайне пестрым составом населения. С одной стороны, здесь были условия для длительного сохранения остатков древних этнических общностей (на островах, например), а с другой – сюда неизменно докатывались волны великих переселений народов. Не случайно у средневековых авторов Прибалтика ассоциировалась либо с «кузницей народов», либо со своеобразным их музеем (при описании состава населения города Волина, Скандинавии и других районов). И хотя в IX-X вв. здесь господствовал славянский язык, в отдельных районах были живы старые дославянские традиции и в быту, видимо, сохранялся свой «домашний» язык. У «варяжской Руси» этот второй язык назывался «виндальским».

------------------------------------
25 Ср. Lowmianski H. Poczatki Polski. Т. III. – Warszawa, 17. S. 95. Приводимые В.Б.Вилинбаховым данные в пользу этой мысли автор находит недостаточными, и его требование «твердых» фактов вполне правомерно (Вилинбахов В.Б. Балтийские славяне и Русь // SO. Т. XXII. 12 и др.)
26 Послания Ивана Грозного. – М.-Л., 1951. С. 153.
27 Там же. С.157-158
583
 
      Помимо Руси, варяги хорошо были известны еще в Византии. Но и византийские источники противоречивы, и разбиравший их наиболее обстоятельно В.Г.Васильевский приложил немало усилий и остроумия, чтобы по возможности избавиться от противоречий. Его главный вывод заключался в том, что «варанги» и «русь» в Византии первой половины XI в. не различались и говорили на славяно-русском языке. После завоевания Британии норманнами в г. дружина постепенно превращается из варяго-русской в варяго-английскую. Ряд важных фактов автору, однако, объяснить не удалось. К этим фактам следует прежде всего отнести прямое указание Скилицы (XI в.) и Кедрина (XII в.) на то, что «варанги, по происхождению кельты, служащие по найму у греков».28  У В.Г.Васильевского оно вызвало недоумение. Между тем существенно уже то, что иных определений этнической принадлежности «варангов» византийские авторы не дают. Никифор Вриений (XII в.) полагал, что «секироносцы» (варанги) происходили «из варварской страны вблизи океана и отличались издревле верностию византийским императорам».29  «Страна вблизи океана» – вполне подходящее определение прибалтийского Поморья (Скандинавия обычно воспринималась как большой остров в океане), и это единственный в Европе район, где христианская цивилизация в XII в. еще не утвердилась. Вопроса о замене варяго-русской дружины варяго-английской ниже придется коснуться особо. Пока же ограничимся наблюдением В.Г.Васильевского, что в хрисовуле Алексея Комнина 1088 г. «варанги» отличаются от «англян», равно как от франков и немцев.30  Это обстоятельство делает особенно существенными указания на принадлежность варягов к кельтам.

      Может показаться странным, что за два с половиной столетия интенсивного изучения «варяжского вопроса» даже не было предпринято попыток проверить указания византийских авторов относительно кельтов. Это, однако, не случайно. От их некогда обширного этнического массива, проникавшего едва ли не во все уголки Европы, сохранились ныне небольшие осколки: Ирландия, Шотландия, Уэльс, французская Бретань. Совсем недавно угасла кельтская речь в Корнуэлле и на острове Мен. Наследие древней кельтской культуры досталось

---------------------------------
28 Васильевский В.Г. Труды. Т. I. – СПб., 1908. С.322-323.
29 Там же. С.341-342
30 Там же. С. 349 и 357.
584
 
другим народам. И хотя кельтские традиции неизменно пробивались через толщу веков, в основных европейских странах к ним относились ревниво и даже враждебно. Особенно агрессивно вела себя немецкая наука, зараженная идеями пангерманизма. Географическое (кстати, кельтское по происхождению) понятие «Германия», которая у древних авторов охватывает территорию от Дона до Рейна или даже до Атлантического океана (и которая заменила прежнее название «Кельтика»), стало сплошь и рядом подменяться этническим. В результате кельтам просто не оставалось места на карте Европы. И лишь немногие немецкие ученые указывали на антиисторичность и в конечном счете на ненаучность такого подхода.

      Кельты – одна из крупнейших ветвей индоевропейских народов. Сложение этого этноса обычно связывается с Центральной Европой, но вопрос этот пока не может считаться решенным. Язык кельтов ближе всего стоял к североиталийским, хотя, возможно, речь идет лишь о языке кельтов этого района. Дело в том, что кельты расселились весьма широко, повсеместно смешиваясь с предшествующим населением. Язык бриттов, галлов, кельтоиберов (в Испании), кельтоскифов (на значительных территориях контактных зон между этими двумя народами) более или менее существенно различается, а материала для его восстановления пока очень мало. Кельты проникали и в глубь Италии и на Балканский полуостров. Значительная их группа переселилась в III в. до н. э. в Малую Азию, где до V в. н. э. они сохраняли самобытность под именем галатов. Уже это обстоятельство предопределяло хорошее знакомство византийских авторов с кельтами как народом, отличным от других европейских племенных образований. Кельты заселяли также многие острова у северо-западного побережья Европы, а кельтское племя венетов было наиболее искушенным в морском деле европейским народом на рубеже нашей эры.

        Бесспорный факт господства кельтов в северных морях, а также наличие в источниках названия Балтийского моря как «Венедско-го» (или «Венетского») залива уже являлись достаточным основанием для того, чтобы поставить под сомнение тезис германистов о Прибалтике как районе формирования германского этноса. В известной степени это было сделано А.А.Шахматовым в работе, посвященной славяно-кельтским контактам.31

--------------------------------------
31 Шахматов А.А. К вопросу о древнейших славяно-кельтских отношениях. – Казань, 1912 (годом раньше эта статья вышла на немецком языке). Племенное название венетов (венедов) А.А.Шахматов вслед за А.Хольдером производит от кельтского uenos – «друг», «союзник» (там же. С. 12-13). В литературе предлагалось и другое объяснение: от кельтского vindos – «белый», «хороший», «прекрасный», «счастливый». Известно большое число имен с корнями ven, vend, vind, vin по всей области кельтского расселения. (Ср., например, Loth J. Vocabulaire vieux-breton. – P., 1884. Pp. 3,5: бретонские имена V-VI вв. Vend, Vendoni, Venedotis; Holder A. Alkeltischer Sprachschatz. T. III. – Graz, 12. S. 158: Vendus, Venda и др.; S8: Venit-antus, Veniatus и др.; S. 170: Venimarus; S. 342: Vindos, Vindus, Vinda и др.).
585
 
Согласно построению А.А.Шахматова, славяне и германцы некогда были разделены между собой племенами венедов, или венетов. Название говорит о принадлежности этого племени к кельтам. Именно в Прибалтике кельты подчинили славян, что способствовало распространению имени венедов также на славянские племена. Автор приводит большой перечень предполагаемых заимствований в славянском языке из кельтского, причем видное место среди них занимают понятия общественного и государственного порядка, а также военные и хозяйственные термины. Язык прибалтийских кельтов уже носил на себе следы романизации. Здесь, на севере, он подвергся германизации, и некоторые германизмы проникают в славянский мир через посредство кельтов. Кельты стали передатчиком также ряда иранизмов.

      Концепция А.А.Шахматова была подвергнута критике К.Бугой, М.Фасмером и некоторыми другими авторами.32  Они, несомненно, правы, отмечая, что все возможные языковые контакты рассматривались А.А.Шахматовым в одной плоскости, через призму одной хронологической эпохи.

        Тем не менее, совершенно негативное отношение к работе А.А.Шахматова не может быть оправдано. Ученый выявил ряд важных фактов, которые нельзя игнорировать. И не случайно Ю.Покорный, в свою очередь, отметивший ряд бесспорных кельто-сла-вянских схождений, главную ошибку А.А.Шахматова видел в недостаточном историческом обосновании лингвистических фактов. Ю.Покорный вслед за рядом других немецких филологов для объяснения этих совпадений предположил посредничество иллирийцев.33  Широкое совпадение топонимики Иллирии и Прибалтики – факт, прочно установленный.34

---------------------------------
32 Ср. Топоров В.Н., Трубачев О.Н. Лингвистический анализ гидронимов Верхнего Поднепровья. – М., 12. С. 7 и др.
33 PokornyJ. Urgeschicht der Kelten und Illyrien. – Halle, 1938. S. 39,67, etc.
34 На этот факт еще в 1905 г. обратил внимание Р. Мух. Позднее усилиями М.Фасмера, Ю.Покорного, Г.Крайе, Е.Шварца круг соответствий был существенно расширен. Некоторую литературу см.: Топоров В.Н. К фра-кийско-балтийским языковым параллелям // «Балтийское языкознание». – М., 1973. С. 30-32.
586
 
Но многие топонимы, которые германисты стремятся связать с иллирийцами – «венетами», оказываются обычными для всей обширной области кельтского расселения. Не составляет исключения и этноним «венеты» (венеды). Кроме побережья Адриатики, Прикарпатья и Прибалтики, он известен также в северной Франции, и именно с этим кельтским морским племенем Юлию Цезарю пришлось выдержать трудную борьбу.

      Сильный удар по немецкой националистической историографии, стремившейся максимально приглушить кельтский компонент в германской топонимике и антропонимии, нанес замечательный знаток древне-германских языков С.Файст. Он показал, что многие этнические группы, локализуемые древними авторами даже на территории позднейшей Германии, являются в действительности кельтами.35  К кельтам С.Файст отнес прикарпатское племя бастарнов, а также всю группу «ингевонов»: кимвров, тевтонов, фризов, амбронов. Не удивительно, что большинством немецких филологов работа С.Файста была встречена примерно так же, как и статья А.А.Шахматова. Но появились и работы, которые в некоторых отношениях идут еще дальше. Так, в большом исследовании Г.Йоханссона приводится материал о кельтской (и кельто-скифской) подоснове скандинавской топонимики.36  Судя по новейшим антропологическим данным, германцы вообще не «нордическая» раса. Они продвигались с юга. Вместе с тем на значительных территориях последующие германцы практически не отличаются от предшествующего кельто-романского населения.37  Очевидно, германизации подвергалось прежде всего именно кельтское (или кельтоязычное) население. Разумеется, германцы воспринимали при этом немало элементов кельтской культуры. Поэтому очень трудно во многих случаях даже размежевать германцев и кельтов, несмотря на значительные расхождения их языков. Методически же, очевидно, при анализе ономастики территории Германии, по справедливому замечанию Г.Балова, кельтским элементам как несомненно более древним должен быть предоставлен определенный приоритет.38
-------------------------------
35 Feist S. Germannen und Kelten in der antiken Ueberlieferung. – Baden-Baden, 1948. Книга первоначально вышла в 1927 г. Автором опубликован также ряд статей по этой теме.
36 Johansson G. Svenska ortnamnsandelser. – Goteborg, 1954.
37 Ср. Алексеева Т.И. Славяне и германцы в свете антропологических данных // ВИ, 1974, № 3. С. 63 и др.
38 Bahlow H. Nemenforschung als Wissenschaft. Deutschland Ortsnamen als Denkmaler keltischer Vorzeit. – Neumiinster, 1955. Э.Рёт древнейшее население Германии определяет как иллирийцев (Roth E. Sind wer Ger-manen? Das Ende eines Irrtums. – Kassel, 17). Но, как уже отмечалось, для размежевания иллирийцев и кельтов пока нет достаточного материала.
587

      В наблюдениях С.Файста особенно важно указание на кельто-язычие кимвров, поскольку область их расселения (Ютландия) непосредственно примыкает к предполагаемому району обитания варягов. В самом названии племени С.Файст усматривал отражение их кельтоязычия, и его оппоненты в передаче имени вынуждены признать «кельтское посредничество».39 Дело, однако, не только в посредничестве. Сходное наименование – «кимры» – является самоназванием значительной ветви кельтов, до сих пор сохраняющейся в Уэльсе и имевшей в древности гораздо большее распространение.40  Кельтскими оказываются все четыре известных имени вождей кимвров: Boiorix, Caesorix, Lugius, Claodicus. Плутарх рассказывает, как посланный во вражеский лагерь в качестве разведчика Серторий проник туда, «одевшись по-кельтски и усвоив наиболее ходовые выражения, необходимые, если придется поддерживать разговор».41  Для римлян, очевидно, не был проблемой язык пришельцев: на том же языке говорили их давние соседи – галлы и другие кельтские племена.

        Кимвры оказываются в фокусе и еще ряда примечательных схождений. Древние авторы ведут их происхождение либо от смешения скифов и кельтов, либо от киммерийцев.42  На северо-западных берегах Океана прочно держалась традиция, связывающая местное население с Причерноморьем. Пришельцами с Дона считал Анналист Саксон «нортманнов».43

---------------------------
39 Melin S. Die Heimat der Kimbern. – Uppsala, 10. S. 65.
40 Mone F.I. Die gallische Sprache und ihre Brauchbarkeit fur die Geschichte. – Karlsruhe, 1851, S. 4.
41 Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Т. II. – М, 13. С9. Б.Мелин, не отрицая кельтского происхождения упомянутых имен, пытается взять под сомнение вывод С.Файста на том основании, что подобные имена были распространены и у других племен, признаваемых обычно германскими (Melin В. Op. cit. S-68). Но в свете приведенных данных вопрос должен быть поставлен в ином ракурсе: действительно ли эти племена были германскими? Можно ли считать случайным, например, что средневековые германские авторы принимают вандалов и винилов за предков славян, но никак не германцев?
42 Плутарх. Указ. соч. С. 71. Земля кельтов здесь определяется от Океана до Меотиды и Скифии Понтийской, где «кельты и скифы смешиваются». В литературе указывалось на возможное родство киммерийцев, кимвров и кельтов (cp.: Minns E. Scythians and Greeks. – Cambridge, 1913. P. 40,436, e. a.)
43 «Monumenta Germaniae historica. Scriptores» (далее – MGH SS). T. VI. – Hannoverae, 1844. P. 576, 689.
588
 
В ирландских сагах напоминается о том, что их предки владели землями «Скифии» вплоть до Каспийского моря.44  Н.Я.Марр был убежден в большой близости языка кельтов и скифов.45  Возможно, речь должна идти лишь о части кельтов, соприкасавшейся с ираноязычным населением Причерноморья и Подунавья. Римлян, например, интересовал культ котла у кимвров. Потерпев неудачу в попытках утвердиться на юге Европы, кимвры, по сообщению Страбона, «послали Августу в дар свой самый священный котел, прося дружбы и прощения былого».46 Поклонение котлу было распространено у степных народов, что и не удивительно.47 В Европе же этот культ сохранялся у значительной части кельтов.48  Существен тот факт, что Ютландия довольно богата находками культовых котелков, и нет нужды предполагать их импорт, ибо достоверно известно, что у кимвров они были предметом особого почитания. С другой стороны, кельтские культовые котелки могут пролить свет и на назначение котелков в погребениях Приладожья.49

      Таким образом, в пользу кельтоязычия кимвров говорит ряд данных, в пользу же германоязычия таких данных нет. Примерно так же обстоит дело и с тевтонами, входившими вместе с кимврами в группу «ингевонов». В этнониме «тевтоны» ясно проступает кельтское teute – народ, люди. Кельтское божество Teutanus имело значение отца народа, племени.50  Явно кельтского происхождения имя предводителя тевтонов Teutoboduus.51  Очевидно, не случайно они вместе с кимврами и амбронами (кельтическое происхождение последних вполне обоснованно) составляли мобильный военный союз.
------------------------------------------
44 Lehmacher G. Goedel Glass// «Zeitschrift fur celtische Philologie. B. XIII. – Halle, 1921.
45 Mapp Н.Я. К отчету о заграничной командировке (17. III-22. VI-1929) // «Доклады АН», 1929; его же. In tempore ulutorum. (Из этнонимики к скифо-кельтскому вопросу) // «Доклады АН», 1928.
46 Страбон. География. – М., 10. С. 268.
47 Ср. Бернштам А.Н. Очерк истории гуннов. – Л., 1951. С. 199-201
48 Филип Ян. Кельтская цивилизация и ее наследие. – Прага, 11. С. 168, 193.
49 Ср. Шаскольский И.П. Норманская теория в современной буржуазной науке. – М.-Л., 15. С; Кочкуркина С.И. Указ. соч. С. 48. Примечательно, что котлы встречаются и в других могильниках, содержащих «норманские» погребения (Гнездово, Верхнее Поволжье).
50 Szabo Miklos. Sur les traces des seltes en Hongrie. – Budapest, 1971. P. 67.
51 Ср. Льюис Г. и Педерсен X. Краткая сравнительная грамматика кельтских языков. – М., 1954. С. 38. Второй компонент имени означает «богиню войны в образе вещего ворона». Ян Филип (Филип Ян. Указ. соч. С. 72) считает кимвров германцами, но тевтонов склонен признать кельтами. Логичнее, однако, рассматривать их как ветви одного корня. Примечательно, что галльское племя нервиев римские авторы считали потомками их обоих (Древние германцы. – М., 1937. С. 143. Нервии жили в Бельгии).

dimslav

Сообщения : 1573
Дата регистрации : 2017-04-29
Возраст : 51

Вернуться к началу Перейти вниз

Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды Empty Re: Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды

Сообщение автор dimslav в Ср Июл 24, 2019 4:46 pm

окончание:

        «Кельтическая» примесь прослеживается в Прибалтике специалистами и на основе антропологических данных. Известный советский этнограф Н.Н.Чебоксаров, анализируя становление германского антропологического типа, установил, что в VIII-X вв. как славянское, так и германское население северной Германии было весьма неоднородно. Преобладали местные антропологические типы, сходные с теми, которые отмечаются для данной эпохи у фризов и саксов. Но наряду с ними у полабов и ободритов Мекленбурга, а также в отдельных районах Померании и Западной Пруссии нередко представлены формы, «очень близкие к типу латенских кельтов».52

          Прямое указание на то, что кельтская речь в начале н. э. звучала в Прибалтике, имеется у Тацита. Говоря об обитателях «янтарного» побережья, он называет «эстиев», «обычаи и облик которых такие же, как у свевов, а язык ближе к британскому».53  А.А.Шахматов не случайно придавал особое значение этому указанию: Тацит был зятем Агриколы, в течение ряда лет правившего римской Британией. Он мог различать диалекты германских и кельтских языков. Так, говоря о населении Британии, Тацит выделял похожих на германцев каледонцев (северная часть Британии), напоминающих испанцев-силуров (западное побережье острова), но (что согласуется с теперешними научными данными) заключал, что «в целом именно галлы заняли и заселили ближайший к ним остров». Он отмечал их одинаковые верования и констатировал, что «и языки тех и других мало чем отличаются».54 Если говорить о языке «эстиев», то в данном случае важно указание на неполное тождество языка галлов и бриттов.

        Указание Тацита на внешнее сходство «эстиев» со свевами, возможно, свидетельствует о том, что признаков особой кельтической археологической культуры в первых веках н. э. в Прибалтике не было. Но элементы кельтского языка и кельтских верований сохранялись здесь в течение длительного времени. Тацит приводит и одно слово из языка «эстиев»: они «единственные из всех собирают янтарь, который сами... называют глезом (glaesum)».55

---------------------------------
52 Чебоксаров Н.Н. Этническая антропология Германии // «Краткие сообщения» Института этнографии АН СССР. Вып. I. – М., 19. С. 60-61. Ср.: Толстов С.П. Проблема происхождения индоевропейцев и современная этнография и этнографическая лингвистика // Там же. С. 13.
53 Тацит Корнелий. Сочинения. Т. I. – Л., 19. С. 372.
54 Там же. С.332-333
55 Там же. С. 372.
590
 
Очевидно, «эстии» жили на южном и юго-восточном побережье Балтики, где издревле находились разработки янтаря. Но на язык «эстиев» это слово едва ли проливает свет. В романских языках glacies – лед, в германских Glas – стекло, в славянских «глаз» – шарик, голыш, кругляш, в кельтских glass означает разные цвета: зеленый, голубой, белый, палевый. Любое из этих значений может быть отнесено к янтарю, но собственно янтарь во всех этих языках называется иначе.56  Необходимо поэтому отыскание более определенных следов языка тацитовых «эстиев».

        В литературе обращалось внимание на то, что у славян Поморья сохраняются этнические названия предшествующей поры: варины и варны, мугилоны и могиляне, лугии и лужане, ракауты и ракоусы, ругии и руги и др.57  Видимо, неславянское население слилось со славянским, передав ему свои топонимы и этнонимы и восприняв его язык. Процесс слияния проходил, очевидно, в условиях длительного и широкого взаимодействия, в результате чего осуществлялось взаимопроникновение культур и быта. Это обстоятельство способствовало сохранению старых географических наименований, смысл которых к IX-X вв., возможно, уже не был понятен ни одному из живших там народов. Здесь важно остановиться как раз на наименованиях, не стертых в процессе славянизации или германизации края.

        Одним из древних топонимов южного района Балтики является город Аркона острова Рюген (Arkon, Arcon, Arkun, Archon). В связи с обсуждением в последнее время вопроса о возможной связи Ругии с балтийской «Русью» русских летописей происхождение этого топонима представляет особый интерес. К моменту завоевания острова данами (в 18 г.), а также в предшествующие два столетия население его, несомненно, говорило на славянском языке. И в настоящее время под германским слоем на острове ощущается мощный слой славянских топонимов. Но название Аркона интересно тем, что оно, во-первых, уходит в глубокую древность, а во-вторых, это явно не славянское, не германское и не романское наименование.
----------------------------------
56 Ближе всего все-таки, видимо, будет старобретонское название янтаря: goularz (ср. Gregoire de Rostrenen P.F. Dictionnaire Francois-celtique ou Francois-Breton. – Rennes, 1732. P. 32).
57 Ср. Первольф И. Варяги Руси и балтийские славяне // ЖМНП, 1877, ч. 192. С. 38-39 и др.
591

      Происхождения имени Аркона неоднократно касались и лингвисты, и историки. Нередко предлагаются широкие параллели общеиндоевропейского характера.58 Но чаще рассматривается вопрос не о значении рюгенской Арконы, а о происхождении каких-то других сходных топонимов, прежде всего знаменитого Герцинского леса (Hercynia silva etc.). В отношении последнего, как правило, расхождений нет: его считают производным из кельтских языков.59  Но связь между множеством подобных топонимов в разных районах Европы, а также конкретное значение их остаются неопределенными. География топонима оказывается весьма широкой. Сходные названия встречаются в галльской Бельгии, в средней Италии, на Балканском полуострове (в частности в Этолии). Кельты в историческое время – единственный народ, который можно связывать со всеми этими районами. Однако в толковании топонима и у кельтологов наметились расхождения. Ф.Моне понимал его как «большой лес, населенный по вырубленным пространствам»60, А.Хольдер толковал как «возвышение», «очень высокая гора».61  М.Рудницкий не предлагал каких-либо значений названия, но склонен был видеть связь его с этрусками (то есть древним североиталийским народом).62

      Недостаток предлагавшихся этимологии заключается в том, что значение названия в них слишком непосредственно выводится из реального положения разных Аркон. В одних случаях акцентировали внимание на лесах, в других – на гористости, в третьих – на изолированности положения (например, на мысу побережья). Е.Шварц, в частности, приводит параллель из кимрского диалекта кельтского языка, где erchynn означает «возвышенный», a cwn – «высота», чему соответствует также галльское сипо. Он приходит к выводу, что старокельтское (p)arkunion и означало «гора». Но связь здесь несколько иная. В слове Аркона первый слог «ар» означает предлог, равнозначный французскому sur или немецкому аиf, то есть по-русски «на, у, при». В таком значении предлог сохраняется и в современных кельтских языках.63  С другой стороны, в литературе указывался ряд аналогичных бретонских топонимов, в частности Arcol-Argol, Argoad, Arvor-Armor и т. д.

-----------------------------------
58 Bach A. Deutsche Namenkunde. Т. 2. – Heidelberg, 1954. S. 50-51; Wagner H. Studies in the Origins of Early Celtic Civilisation // Zeitschrift fur celtische Philologie. – Tubingen, 1970. B. 31. S. 34-35.
59 Schwarz E. Deutsche Namenforschung. II. – Gottingen, 1950. S. 65, etc.
60 Mone F.I. Op. cit. S. 11.
61 Holder A. Alt-keltische Sprachschatz. T. I. – Graz, 11. S.184-185
62 Rudnicki М. О nazwie Tczewa Tursac. SO. – Poznan, 1930, № 9. S. 572-574.
63 Льюис Г. и Педерсен X. Указ. соч. С9. Написание ar сохраняется в валлийском (кимрском) диалекте. В бретонском пишется war, ирландском – for (ирландское f=в).
592
 
Во всех случаях справедливо усматривается сложение кельтских предлога ar и существительного (кустарник – col, лес – koad, море – vor или mor).64 Что же касается оставшихся без объяснения топонимов Arguenon или Arhon, то это, видимо, варианты все той же Арконы, означающей буквально «на высоте». Рюгенская Аркона, как известно, расположена именно на высоком берегу моря.

        В данном случае разъяснение названия Аркона важно не само по себе, а как определитель этнической принадлежности какой-то части населения Прибалтики. Очевидно, название относится к древнему населению Рюгена (или прибрежных районов, если допустить, что название городу дали соседи), а это неизбежно порождает сомнение в обоснованности мнения о германоязычии проживавших здесь еще в римское время ругов.

      Древняя Ругия, под которой, очевидно, некоторые русские летописцы подразумевали балтийскую, «варяжскую» «Русь», обозначается в источниках различно: Ругия, Рутения (Русиния), Ройана, Руйана, Реуна и т. д. (Rugia, Ruthenia, Russia, Rojana, Rujana, Reune). Известны также старокельтские названия острова Rugniatis, Run, Rhun, Rugnos, Ruan.65  Соответственно и обитатели острова именуются: Руги, Рутены (Русины), Русци, Ройаны, Руйяны, Раны (Rugi, Rutheni, Ruteni, Rusci, Russici, Rojani, Rujani, Rani). Т.Милевский, видимо, прав, производя этноним «раны» от «ройаны».66  Но в его изначальном славянском значении, равно как и в германском происхождении названия «руги», можно усомниться. На Рюгене во второй половине I тысячелетия бесспорно происходила смена языка, но нет никаких оснований думать, что это было достигнуто за счет смены населения. Указание Г.Меркатора на двуязычие рюгенских «рутенов» свидетельствует о процессе естественной ассимиляции коренного населения славянами. «Виндальский» язык, в самом названии которого (как и в этнониме «венеды») также явственно проступает кельтское начало, и был, по всей вероятности, первоначальным языком населения Ругии, а разные названия острова могут обозначать одно и то же население или даже передавать одно и то же качество, лежащее в основе имени.
-------------------------------
64 Willam Smith B.S. De la toponymie Bretonne // «Supplement to language». Vol, № 2. – Baltimore, 1940. P. 11-12.
65 Holder A. Op. cit. T. II. S. 1243.
66 Milewski T. Pierwotne nazwy wyspy Rugji i slowianskich jej mieszkancow // SO. T. IX. S. 306.
593

      Название «Рутены» носило, как известно, одно из кельтских племен, обосновавшихся задолго до н. э. (и пришедшее откуда-то с севера или из центральной Европы) в южной Франции. Французский исследователь племени «рутенов из Руерга» (Rouergue – название провинции с римских времен) не сомневается в значении этнонима: в кельтском языке оно означало «красный», «рыжий». «Рыжими рутенами» (flavi rutheni) называет их, кстати, и римский автор I в. Лукан.67 Главный город Рутении назывался Rodes или Rutena. Название это находится в связи с рекой Rodanos (нынешняя Рона). С другой стороны, галльское roudos – «красный» – передавалось в разных кельтских языках и диалектах как ruad, rudd, ruth, ruz, rubes.68 Современные французские roux, rousse – «рыжий, рыжая» и rouge – «красный» проделали определенную эволюцию от roge, ruge и того же rubes.69 Еще А.С.Фаминцин указал на то, что в сербском языке слово «руйан» значит «темно-красный, желто-красный».70  Сходное значение это слово сохраняло и в иных славянских языках, но постепенно оно вытесняется другими синонимами. Греческой средневековой хронографии было известно мнение, что этноним «русский» означает «красный».71 Лиудпранд прямо говорит, что «это северный народ, который греки по внешнему качеству (а qualitate corporis) называют руссами (rusios), а мы по их местоположению нордманнами».72

Таким образом, все многообразие названий Ругии и ее обитателей является лишь воспроизведением в разных языках, и прежде всего в диалектах кельтских языков, одного и того же исходного качества. Примечательно, что авторы XII в. Герборд и Эбон помещают на северных границах Польши «рутенов» и по соседству с ними неких «флавов».73  Здесь, возможно, речь идет о родственных племенах или даже об одном и том же племени: «рутени» – это «рыжие» из кельтского, а «флавы» – то же самое из латинского.
------------------------------------
67 Albenque A. Les Rutenes. – Rodez. 1948. P. 24. Ср. Лукан. Фарсалия, или поэма о гражданской войне. – М.-Л., 1951. С. 18. Издатели переводят выражение как «русые рутены».
68 Holder A. Op. cit. S. 1201-1202,1235.
69 Ср. Словарь старофранцузского языка. – М.-Л., 1955. С. 229.
70 Фаминцин А.С. Божества древних славян. – СПб., 1884. С. 187. Ср. Сербско-хорватско-русский словарь. – М., 1958. С. 836
71 Завитневич В. Происхождение и первоначальная история имени Русь // «Трудов Киевской духовной академии», 1892, № 11.
72 MGH SS. Т. III. – Hannoverae, 1839. Р. 331.
73 «Monumenta Poloniae historica» (далее – MPH) Т. II. – Lwow, 1872. S. 73.
594

 
      Южан, безусловно, должны были поражать светлые «венеты» (венеды), а «рутены» (русы) в таком случае могли быть одной из приметных их ветвей. Но «внешнее качество», по которому отличали рутенов, не обязательно соответствует их естественному виду. Дело в том, что кельты искусственно изменяли цвет волос и вообще красились.74 Высадившиеся в Британии римляне обнаружили, что жители острова «красятся вайдой, которая придает их телу голубой цвет, и от этого они в сражении страшней других на вид».75  Легендарный герой ирландских саг Гойдель Глас (Гойдель Зеленый) получил прозвище по цвету его оружия и одежды.76 Цвета у многих древних народов (среди европейских прежде всего у кельтов) имели и религиозно-символическое значение. Пурпурный, красный цвет символизировал могущество, власть. Адам Бременский и Гельмольд отмечают, что среди балтийских славян только раны-руги имеют короля.77  Но на Рюгене светская власть была вообще менее заметна, чем жреческая. Очевидно, «королевским» являлось все племя. Этим, возможно, и объясняется ритуальное раскрашивание. Как сообщает Саксон Грамматик, при взятии Арконы в 18 г. в сундуках под замками было обнаружено множество пурпуровых одежд, от ветхости уже гнилых и худых.78  Не исключено, что именно одеяние русов и соответствующее раскрашивание побуждало греков говорить о том, что они «своим видом показывают кровопролитие».79  Но в XII в. «под замками» оказались не только ветхие одежды, но и сама традиция.

        Выяснение значения имени «Русь» на Балтике, разумеется, не решает вопроса о происхождении названия многочисленного народа Причерноморья и Приднепровья. Корень «рус» широко распространен в индоевропейских языках. Но, например, и в иранских языках значение его сходное: «светлый» и т. д. Этот корень отразился, в частности, в имени аланского союза племен – роксолан, значительная часть которых ушла из Причерноморья в глубь Западной Европы. Неизменно обращалось внимание на обитавшее здесь же в первых веках н. э. племя «росомонов», то есть «народ рос». В свое время Н.Я.Марр высказал (и, как это часто с ним бывало, не развил) любопытную мысль.

--------------------------------------
74 Ср. Филип Ян. Указ. соч. С. 84.
75 Записки Юлия Цезаря и его продолжателей о галльской войне, о гражданской войне, об александрийской войне, об африканской войне. – М., 12. С. 70.
76 Lehmacher G. Op. cit. S. 155.
77 Magistri Adam Bremensis gesta Hammaburgensis ecclesiae pontificum. – Hannoverae et Lipsiae, 1917. P. 245; Гельмолъд. Славянская хроника. – М., 13. С. 38.
78 Ср. Фаминцин А.С. Указ. соч. С. 24.
79 Завитневич В. Указ. соч. С. 31, 34.
595
 
«Норманны и русы, – заметил он, – одно и то же, одинаково не имеющие ничего связывающего исключительно с севером Европы, когда речь идет о русах, ничего исключительно германского, когда речь идет о норманнах».80  Он, очевидно, предполагал те самые выводы, к которым позднее пришел Г.Йоханссон: на всем севере Европы имеется скифская подоснова (точнее, возможно, киммерийско-скифская). Позднее Скандинавия была германизирована. Что же касается Ругии – она либо была кельтизирована (венетами), либо просто сохранила тот язык, на котором говорили в первоначальной области формирования этого этноса – в Причерноморье.

        Имеется и еще один любопытный узел связи славян и кельтов, севера и юга: название «Черного моря», происхождение которого остается непонятным.81 У греков море называлось либо просто «Понт» (море), либо Понт Эвксинский («гостеприимное море»), ранее Понт Аксинский (из персидского «темное» или «негостеприимное» море). Эти названия в средневековой письменности преобладают. Но Повесть временных лет отмечает, что «Понетьское море» «словеть Руское».82  А.В.Соловьев насчитывает еще 10 источников, которые называют море «русским». Среди них – русский (описание Константинополя архиепископом новгородским Антонием), два французских (XII – нач. XIII в.), еврейский (XII в.), три немецких (Еккехард, Анналист Саксон и Гельмольд). У арабов преобладает написание названия моря как «румское», то есть романское, византийское. Но Масуди (X в.), Димешки (1256-1327 гг.) и Ибн-эл-Варди (1260-1349 гг.) также называют его «русским».83

      Весьма вероятно, что «Черным» море стало по недоразумению. В действительности оно называлось «Чермным», то есть «Красным». Так оно именуется еще в русских источниках XVI-XVII вв., и только с XVIII в., когда утратилось древнерусское значение слова, выпала и буква «м», отличавшая два разных цвета.84  Следовательно, эквивалентом «русскому» в славянском языке было слово «красный». Замечательным подтверждением такой этимологии является название моря в упомянутой выше саге «Гойдель Глас»: «скифский» период ирландской предыстории протекает у берегов Красного моря (Mara Ruad).85
----------------------------------------
80 Миханскова В.А. Николай Яковлевич Марр. – М.-Л., 1948. С. 276
81 Ср. Кузьминская Г.Г. Черное море. – Краснодар, 18. С. 4-5.
82 ЛЛ. С. 7.
83 Soloviev A. Mare Russiae // «Die Welt der Slaven». J. IV. H. 2. – Wiesbaden, 1959.
84 Ср. ПСРЛ. T. XI. – M, 15. C. 153; т. XII. С. 79; т. XIII. С (последнее известие – 1520 г. в старших списках пишется как «Чермное», а в позднейших – «Черное»); т. XXX. – М., 15. С. 189; т. XXXI. – М. 18. С. 78. «Черным» море могло стать и не без влияния турецкого названия «Кара денгиз» – «Черное море».
85 Lehmacher G. Op. cit. S. 1. Ср. также: Hull V. The Milesian Invasion of Ireland // «Zeitschrift fur celtische Philologie», Bd. 19, Halle, 1931. P. 156

dimslav

Сообщения : 1573
Дата регистрации : 2017-04-29
Возраст : 51

Вернуться к началу Перейти вниз

Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды Empty Re: Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды

Сообщение автор dimslav в Ср Июл 24, 2019 5:09 pm

В.В.Фомин
кандидат исторических наук
ВАРЯГИ И ВАРЯЖСКИЙ ВОПРОС В СУДЬБЕ РОССИИ
1:




В адрес современной исторической науки раздается много упреков, в чем-то справедливых, в чем-то нет. Основная их масса относится к интерпретации истории Отечества ХХ в., мало кого устраивающей как из-за ее чрезмерной политизации, так и из-за отсутствия у специалистов четких ответов по существу задаваемых обществом вопросов. Этих вопросов много, но суть их одна: кто виноват и что делать? Ответы на них, как полагают, лежат лишь в недавнем прошлом, по этой причине ставшим ареной самых ожесточенных споров политиков, ученых, рядовых граждан, буквально стенками идущих друг на друга. Сколько при этом было сломлено копий и разбито сердец? А какие еще грядут горячие баталии?.. Никто не знает. Но можно сказать определенно, что таким широким общественным вниманием вряд ли когда- нибудь будет удостоено далекое прошлое России. Это как при буре на море: на его поверхности вздымаются чудовищные валы, а в глубине вод царит полнейшее спокойствие.
Наше общество, постоянно обсуждая сложнейшие перипетии минувшего столетия и с удовольствием смакуя детали из частной жизни его героев и его негодяев, в тоже время совершенно не интересуется своими истоками, видимо, считая, что там мало чего полезного можно найти для практического применения в современных условиях. Но не все измеряется сиюминутной материальной выгодой. Отсутствие внимания к “делам давно минувших дней” непременно накажет ныне живущих, т. к. способствует накоплению и закреплению в общественном сознании чудовищных ошибок и нелепых по своей сути выводов, мешающих истинному возрождению России. Тем более, что фальсификация русской истории не прекращается ни на миг, с конца 80—90-х гг. ушедшего века она неимоверно усилилась, что, впрочем, осталось незамеченном большинством сограждан. Серьезные ученые, обеспокоенные целенаправленным и массированным внедрением в общественную жизнь псевдонаучных теорий, выступали с развернутой критикой взглядов, например, Л.Н. Гумилева, А.Т. Фоменко. Эта критика, к сожалению, не стала достоянием масс, в большинстве своем безучастных к обсуждению проблем, от решения которых не зависит их благосостояние и которые не связаны с копанием в “грязном белье”, как к тому их приучили за последние годы СМИ. Но даже в науке обходят молчанием трактовку т.н. «варяжского вопроса», включающего в себя целый блок проблем, принципиально важных для понимания процесса вызревания государственности




у восточных славян и механизма взаимодействия Земли и Власти, сбои в котором способны основательно потрясти или даже вовсе уничтожить Россию.
Согласно «Повести временных лет» (ПВЛ), варяжская русь, пришедшая “из заморья” и положившая начало Руси, активно участвовала в процессе генезиса Древнерусского государства. Тем самым она придала своеобразный характер этому процессу, а значит, предопределила будущее России. Вместе с тем летопись прямо не говорит, а кто такие варяги и где находилась их родина? Вот почему уже несколько столетий в русской и зарубежной науке вокруг этих вопросов идут жаркие споры, нисколько не потерявшие своей остроты и ныне. Массовое распространение получила при этом норманская теория, согласно которой в варягах видят шведов. Впервые об этом в 1614—1615 гг. сказал шведский историк Петр Петрей1. Затем эту мысль в том же XVII в. развивали его соотечественники Ю. Видекинди, В. Олав, Р. Олоф и другие. Из Швеции варяжский вопрос проникает в работы ученых континентальной Европы, а оттуда — в Россию. В 1735 г. в “Комментариях” Петербургской Академии наук была опубликована статья Г.З. Байера “De Varagis” («О варягах»), которую обычно рассматривают как положившую начало норманизму. Но Байер был лишь первым, кто перенес норманизм на русскую почву, где он расцвел пышным цветом и где занял господствующее положение. В советское время норманская теория еще больше укрепила свои позиции, хотя она, будучи “освященной” марксизмом, выдавалась за антинорманизм. Сегодня норманизм больше не нуждается в фиговом листочке марксизма. Сегодня пробил его звездный час и его апологеты, не встречая ни малейшего противодействия, с таким рвением перелицовывают историю Киевской Руси, что перед нами предстает уже не славянское государство, а государство скандинавское, эдакая “Великая Швеция” (“det stora Svitjod”), как назвал в 1914 г. Древнюю Русь шведский археолог Т. Арне.
Чтобы убедиться в этом, достаточно ознакомиться с воззрениями петербургского профессора Р. Г. Скрынникова, суммировавшего в своих трудах все достижения современного норманизма, доведя их до полнейшего абсурда. В варягах он видит норманскую русь, завоевавшую восточных славян и передавшую им свое имя. Вначале, по его мнению, в Восточной Европе “утвердились десятки конунгов”, создавших там недолговечные норманские каганаты. Затем на ее территории сложилась Киевская Русь, по словам профессора, “ВосточноЕвропейская Нормандия”, “норманское Киевское княжество”, населенное многочисленными викингами, во главе которого стояли норманские вожди и киевские конунги. Окончательному превращению “норманского княжества в Поднепровье” “в славянское Древнерусское государство” способствовало принятие христианства, совершенное “норманским конунгом”




Владимиром Святославичем. Говорит Скрынников об основании норманнами будущего Тмутараканского княжества, а также каких-то “ранних норманских княжеств” в Прикаспии и “норманского герцогства в устье Куры”. Походы на Византию, по его словам, это “совместные предприятия викингов”. Хазар также разгромили они, благодаря им же произошел перелом в балканской кампании “старшего из конунгов” Святослава. Для руссов, утверждает Скрынников, в середине X в. основным языком оставался скандинавский язык, но они, чтобы управлять, осваивают и славянский язык. Со временем княжеская дружина “забыла собственный язык, саги превратились в славянские былины”. Славянские Перун и Велес выступают у почтенного профессора норманскими божествами. Роль восточных славян в их собственной же истории он свел до минимума: они платили дань захватчикам, служили
предметом их работорговли, “строили суда для викингов, снабжали их припасами”, да еще
2
славянская знать и племенные ополчения участвовали в походах норманнов .
Рассуждения Скрынникова выходят за рамки чисто академической науки и адресованы “самому широкому кругу читателей”. Одна из его работ представляет собой учебное пособие, как сказано в аннотации, “для абитуриентов гуманитарных вузов и учащихся старших классов”, предназначенное “для углубленного изучения отечественной истории”. В ней же подчеркнуто, что “в книге нашли свое отражение новейшие открытия мировой истории”. Действительно, домыслами разного рода давно уже полна западноевропейская историография, представители которой профессионально мало разрабатывают раннюю русскую историю. Не утруждая себя доказательствами и выдавая вместо фактов домыслы, они говорят лишь о той истории Руси, которая им мнится и которая им так нравится. Их представления о прошлом нашей Родины, остающиеся на протяжении веков совершенно неизменными, с удивительной легкостью и полнейшей безответственностью воспринимают и тиражируют доморощенные норманисты. Западноевропейские ученые рассматривают Киевскую Русь как часть истории походов викингов и истории Швеции. Еще в 1756 г. немецкий историк О. Далин уверял, что именно шведы послали на Русь принца Рерика, получившего там престол, что именно Швеция с древнейших времен покровительствовала русским, историю которых от Рюрика до Ярослава Мудрого включительно он рассматривал как шведскую историю .
В современных популярных изданиях о викингах утверждается, что “начиная с Рюрика и вплоть до сына Ивана Грозного Федора, эти скандинавы правили самой крупной средневековой державой Европы — Россией”, а шведские вожди когда-то стояли во главе Новгорода и Киева. В них же дается характеристика состояния Руси при потомках “викинга Рюрика” — Олега Вещего, Святослава, Владимира, Ярослава Мудрого, а варяжско-русская дружина, появление




которой в 80-х гг. X в. при дворе византийского императора связано с именем великого киевского князя и славянина Владимира, названа дружиной наемников-викингов4. Подобные идеи даже получили свое материальное воплощение: в шведском городе Норрчёпинге стоит памятник “первым русским князьям-скандинавам Рюрику, Олегу и Игорю”. Но надо сказать, что старанием отечественных скандинавоманов норманнам возведен куда более величественный памятник, в тени которого вершится насилие и глумление над историей Руси. Норманисты, охваченные какой-то навязчивой идеей, настойчиво приписывают русскую историю народу, к которой он не имеет никакого отношения, и неустанно ищут тому все новые и новые “доказательства”, в результате чего одна ложь нагромождается на другую. Они действуют так, как исчерпывающе полно сказал в отношении корифеев норманизма С.А. Гедеонов: “Немецкие представители норманского мнения... Байер, Миллер, Тунманн и Шлецер, трудились над древнейшей историей Руси, как над историей вымершего народа”. Абсолютно был прав в своем заключении и Ю.И. Венелин, отметивший, что рассуждения Байера о “варягах есть попытка пояснить собственно не русскую, а шведскую древность”5.
Громогласный и слаженный хор норманистов, гипнотизирующий податливых слушателей, никак не может скрыть того факта, что народа под именем “русь” никогда не существовало ни в Скандинавии, ни среди скандинавских народов вообще. Никакой скандинавской “Руси” не знают ни саги, ни другие источники. Не связывает варягов со Швецией и главный источник по истории Киевской Руси — ПВЛ. В качестве родины варягов летопись указывает на совершенно иную территорию. В ее недатированной части сказано, что варяги сидят по Варяжскому морю “ко въстоку до предела Симова, по томуже морю седять к западу до земле Агнянски.” Еще в XIX в. было верно определено, что “земля Агнянска” — это территория в низовьях Эльбы, где проживали агло-саксы, т.е. южная часть Ютландского полуострова, занимаемого ныне датчанами. Соседями англов было племя вагров-варинов. Именно они и были собственно варягами. Летопись содержит неоспоримое свидетельство о языке, на котором говорили варяги. Придя в Северо-Западную Русь, они основали здесь города, дав им славянские имена, — Новгород, Изборск и Белоозеро. Будь так, как утверждают норманисты, то эти города носили бы шведские (скандинавские) названия.
Впервые родина варягов — южный берег Балтийского моря — прямо была названа в “Сказании о князьях владимирских”, возникшем в последние десятилетия ХѴ века. В нем говорится, что “воевода новгородскы” Гостомысл перед своей кончиной созвал сограждан и сказал им: “Съвет даю вам, да послете в Прусскую землю мудра мужа и призовите князя от




тамо сущих родов римска царя Августа рода”. Они же шедше в Прусскую землю и обретошя там некоего князя имянем Рюрика, сущя от рода римска царя Августа...” О родине варягов и их этнической принадлежности конкретно сказано в Синопсисе, вышедшем 1674 г. из круга, близкого архимандриту Киево-Печерской лавры И. Гизелю. В Синопсисе Гостомысл советует послать “к варягом, триех братий, иже бяху князи язящнейшии, и в храбрости воинской изряднии, на княжение Русское умолят. Понеже варяги над морем Балтийским, еже от многих нарицается Варяжское, селение своя имуще, языка славенска бяху...”
Весьма ценно совершенно позабытое свидетельство Бело-Церковского универсала Богдана Хмельницкого от 28 мая 1648 года. В нем подчеркивается, что “в давных оных веках... силами велечных руссов, из Русии, от помория Балтийскаго альбо Немецкаго собранными, за предводительством князя их и он (Рим. — В.Ф.), был взятый и четырнадцать лет обладаемый...”6 Эта информация о деяниях руссов, вышедших с южного побережья Балтийского моря, позволяет говорить о существовании именно в народном предании традиции, выводившей русь, как и “августианская” легенда, с южного берега Балтики, и которой воспользовались как в универсале, так и при составлении Синопсиса. Говоря об южнобалтийских истоках Руси, Хмельницкий обращался к самой широкой аудитории, хорошо, следовательно, знакомой с этой версией начала Руси. Составители универсала, ставя перед собой сложнейшие цели, должны были в их достижении руководствоваться все-таки не умозрительными, а конкретными идеями, способными увлечь за собой народные массы. В приведенных словах универсала речь идет о времени Одоакра, в 476 г. свергшего последнего императора Западноримской империи и в течение 13 лет владевшего Северной Италией. Историк VI в. Иордан причисляет его к ругам-русам, а в позднем средневековье Одоакр — герой именно славянских исторических сказаний, где чаще всего именуется “русским” князем.
Представление о славянстве варягов и об их выходе с южнобалтийского побережья сохранялось на протяжении веков не только на землях бывшей Киевской Руси. Оно широко бытовало в Западной Европе, о чем говорят многие памятники. Важное место среди них занимает заключение посла Габсбургской империи С. Герберштейна, посещавшего Россию в 1517 и 1526 годах. Он сказал, что родиной варягов могла быть только южнобалтийская Вагрия, заселенная славянами-вандалами, которые “были могущественны, употребляли, наконец, русский язык и имели русские обычаи и религию. На основании всего этого мне представляется, что русские вызвали своих князей скорее из вагрийцев, или варягов, чем вручили власть иностранцам, разнящимся с ними верою, обычаями и языком”. Как дипломат, Герберштейн побывал во многих западноевропейских странах, в том числе и прибалтийских (в




Дании, в Швеции), был знаком с их историей, что и позволило ему установить параллель между Вагрией и Россией, а не между Швецией и Россией.
В “Зерцале историческом государей Российских”, принадлежавшем руке датчанина Адама Селлия, с 1722 г. проживавшего в России, Рюрик с братьями также выводятся из Вагрии. Здесь важно подчеркнуть, что Селлий являлся сотрудником убежденного норманиста Байера, но это нисколько не отразилось на взглядах датчанина на этнос варягов. Видимо, это объясняется тем, что Селлий был выходцем из г. Тондера, что в Шлезвиге, области, тесно связанной с историей южнобалтийских славян, поэтому он в своем выводе вполне мог опираться на предания своей родины. То, что такого рода предания имели место быть и долгое время бытовали на бывших землях южнобалтийских славян, подтверждает француз Ксавье Мармье, “Северные письма” которого были изданы в 1840 г. в Париже. Побывав во время своего путешествия в Мекленбурге, расположенном на бывших землях славян-бодричей, Мармье записал местную легенду о том, что у короля ободритов (бодричей)-реригов Годлава были три сына — Рюрик Миролюбивый, Сивар Победоносный и Трувор Верный, которые, идя на восток, освободили от тирании народ Русии и сели княжить соответственно в Новгороде, Пскове и на Белоозере7. Таким образом, еще в первой половине ХІХ в. среди давно уже онемеченного населения Мекленбурга сохранялось предание балто-славянского происхождения о призвании трех братьев-славян на Русь, отстоящее от них ровно на целое тысячелетие.


dimslav

Сообщения : 1573
Дата регистрации : 2017-04-29
Возраст : 51

Вернуться к началу Перейти вниз

Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды Empty Re: Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды

Сообщение автор dimslav в Ср Июл 24, 2019 5:10 pm

2:


Эти предания возникли не на пустом месте. В средневековых европейских генеалогиях приводится подробная и обширная родословная вендо-ободритских королей и князей. Согласно этой родословной, Рюрик и его братья Сивар и Трувар, ставшие, как она же утверждает, “основателями русского правящего дома”, были сыновьями ободритского князя Годлиба (Godlieb), убитого в 808 г. датчанами. В начале XVIII в. в Германии звучали споры по поводу народности Рюрика. В 1716 г., в связи с заключением брака мекленбургского герцога Карла Леопольда с Екатериной Ивановной, племянницей Петра I, вспыхнула дискуссия между Фридрихом Томасом и Георгом Фридрихом Штибером. Первый из них в своих работах затронул два вопроса: о родстве между русскими и южнобалтийскими славянами (венедами) и о родстве между правящими российской и мекленбург-шверинской династиями. Отвечая положительно на оба вопросы, Фридрих Томас отверг скандинавское происхождение Рюрика и вывел его из славянской Вагрии8.
О приходе варягов на Русь именно с южных берегов Балтийского моря говорит не только приведенный исторический материал, но и другие источники9. Так, в 1922 г. Н.М. Петровский, а 1954 г. Д.К. Зеленин пришли к выводу, что близость в языке и чертах народного




быта новгородцев и балтийских славян объясняется лишь фактом переселения последних на озеро Ильмень, которое, по мнению Зеленина, произошло так рано, что до летописца Х! в. “дошли лишь глухие предания об этом”. В 40—50-х гг. П.Я. Черных напомнил давно подмеченный факт, что в русском языке почти нет ни одного достоверно норманского слова, тогда как в шведском языке заимствованы весьма значимые слова из древнерусского, например, лодья (грузовое судно), торг (рынок, площадь) и другие.
С 50-х гг. ХХ в. в научный оборот начинает вводится обильный археологический материал, свидетельствующий о давнем и тесном взаимодействии жителей южнобалтийского Поморья с Северо-Западной Русью. Мысль об южнобалтийском происхождении варягов получила, таким образом, важное материальное подтверждение. В землях ильменских словен и псковских кривичей археологами обнаружен широко представленный керамический материал, аналогичный и синхронный по времени (VIII—ХI вв.) керамическим комплексам, открытым в Дании, Северной, Северо-Восточной Германии и Северной Польше, принадлежавшим славянскому и славяноязычному населению. О масштабах распространения керамики западнославянского типа в словено-кривичских древностях говорит не только та обширная территория, на которой она имела место (доходила до Верхней Волги и Гнездова на Днепре), но и удельный вес ее представительства среди других керамических типов. Так, например, на посаде Пскова она составляет 80%, в Городке на Ловати — около 30%. В Городке под Лугой ее выявлено 50% из всей достоверно славянской. Производилась эта посуда тут же, на месте, о чем свидетельствует как объем ее присутствия, так и характер сырья, шедшего на ее изготовление. В ранних археологических слоях Новгорода заметный компонент составляет керамика, имеющая аналогии на южном побережье Балтики, в Мекленбурге.
С керамическими свидетельствами полностью совпадают антропологические данные. Как считает археолог В.В. Седов, “ближайшие аналогии раннесредневековым черепам новгородцев обнаруживаются среди краниологических серий, происходящих из славянских могильников Нижней Вислы и Одера. Таковы, в частности, славянские черепа из могильников Мекленбурга, принадлежащих ободритам”. К тому же типу, по его мнению, принадлежат и черепа из курганов Ярославского и Костромского Поволжья, активно осваиваемого новгородцами. Важные антропологические исследования, проведенные в 1977 г. среди населения Псковского обозерья, показали, что оно относится к западнобалтийскому типу, который “наиболее распространен у населения южного побережья Балтийского моря и островов Шлезвиг-Гольштейн до Советской Прибалтики...” Нумизматический материал также




свидетельствует, что самые ранние торговые связи Руси на Балтийском море фиксируются не со Скандинавией, а с его южным побережьем. Так, на Готланде нет кладов ранее ГХ в., а в Швеции древнейший клад относится лишь к середине этого столетия. В славянском же Поморье ранние клады датируются VIII веком. В 1966 г. А.В. Арциховский справедливо заключил, что “первые транзитные торговые пути через Восточную Европу были проложены не скандинавами, а на Запад восточные монеты проникли при внутриславянской торговле”.
Таким образом, о родине варягов — южном береге Балтийского моря — утвердительно говорит наша самая древняя летопись — ПВЛ, на эту же территорию указывает “августианская” легенда второй половины XV в., олицетворявшая собою традицию, издавна бытовавшую в нашем Отечестве. Та же традиция, сохранившаяся в Малороссии в народной памяти, была зафиксирована в связи с политической ситуацией в универсале Богдана Хмельницкого 1648 г. и в Синопсисе 1674 года. В пользу южнобалтийского происхождения варягов убедительно свидетельствуют показания иностранцев — Герберштейна, Селлия, Мармье, западноевропейские генеалогии. О том же говорят археологические (прежде всего керамические и нумизматические), лингвистические и антропологические данные. Именно на южно-и восточнобалтийском побережье находились единственные в Балтийском Поморье четыре Руси. Это остров Рюген, устье Немана, устье Западной Двины, западная часть Эстонии (Роталия-Русия) с островами Эзель и Даго. В каких-либо других местах Поморья Русий более не существовало. Не было ее и в Скандинавии. Из одного или из нескольких указанных “русских” районов в Северо-Западную Русь прибыл в VIII—ЕХ вв., несомненно, в ходе нескольких переселений, весьма пестрый по своему этническому составу колонизационный поток, включавший в себя славянские и славяноязычные народы, о чем говорят славянские названия городов, “срубленные” переселенцами. В это движение на восток лишь в конце Х столетия, как вытекает из показаний саг, были втянуты, наряду с другими германскими народами, шведы. До этого времени они если и посещали Русь, то лишь в единичных случаях. Переселение на территорию Северо-Западной Руси определенной части населения южнобалтийского побережья получило свое отражение в “варяжской легенде”, когда-то целостного памятника, при занесении в ПВЛ помещенного под 859, 862 и 882 годами.
О полной несостоятельности разговоров норманистов по поводу начала Киевской Руси говорит сама историческая память скандинавов, отразившаяся в исландских сагах. В науке давно обращено внимание на тот принципиально важный факт, который не могут объяснить норманисты, что саги из числа русских князей первым называют лишь Владимира




Святославича (978/980—1015) и совершенно не знают его предшественников. Не знают они и никого из византийских императоров ранее Иоанна Цимисхия (ум.976), причем знают они его не непосредственно, а лишь по устным припоминаниям. В сагах также отсутствуют хазары и половцы. Таким образом, скандинавы начали посещать Русь уже после исчезновения из русской истории хазар, разгромленных в 60-х гг. Х в. Святославом, и посещали ее примерно с 980-х гг., т.е. с вокняжения Владимира Святославича на киевском престоле, и до появления в причерноморских степях половцев, о которых под 1061 г. летописец сказал, что “придоша половци первое на Русьскую землю воевать...”Эти рамки еще более сужает тот факт, что саги после Владимира называют лишь Ярослава Мудрого (ум.1054) и не знают никого из преемников последнего. К очень позднему времени относится появление норманнов и в Византии. Так, сага называет первого норманна, служившего в 1027—1030 гг. в русскославянской дружине варангов (варягов): “У нас нет предания, чтобы кто-нибудь из норманнов служил у константинопольского императора прежде, чем Болле, сын Болле”. Многозначительным молчанием обходят норманисты факт отсутствия в языческом пантеоне Киевской Руси, возглавляемой варяжскими князьями, скандинавских богов Тора и Одина, наиболее почитаемых норманнами. Хотя в нем в то же время присутствовали угро-финские и иранские божества, что говорит об изначальной полиэтничности русского общества, в котором были представлены многие народы, но в котором не было скандинавов. И если ни в славянском, ни в русском язычестве нет скандинавских черт, то из этого следует лишь одно: варяги не были скандинавами.
Своих оппонентов норманисты обычно стараются дискредитировать обвинением в ложном понятом ими патриотизме. Но они прекрасно знают, что истинная любовь к Родине не ослепляет, наоборот, она заставляет дотошно и методично докапываться до истины, не зависимо от того, горька она или нет, нравится или не нравится исследователю, т.к. и от нее в чем-то, пусть даже и в малой мере, могут зависеть настоящее и будущее России. Никогда не стоит забывать и тот факт, что норманская теория возникла в политической сфере и изначальна имела антирусскую направленность. Ее появление в шведской историографии XVII в. было вызвано притязаниями Швеции на господство в Балтийском регионе, чему противостояла Россия. Тезисом о норманском, германском происхождении Киевской Руси Миллер и Шлецер усилили политическое звучание варяжской проблемы. Тому еще больше способствовали рассуждения немецких философов XIX в. об “исторических” и “неисторических” народах, способных и неспособных создавать государства, т. к. к первой группе народов были отнесены германцы, а ко второй славяне. В нацистской Германии идея превосходства германской нации




над славянской достигла своего апогея. Как утверждал Гитлер: “Организация русского государственного образования не была результатом                        государственно-политических
способностей славянства в России; напротив, это дивный пример того, как германский элемент проявляет в низшей расе свое умение создавать государство”. Ему вторил другой “мыслитель” Третьего рейха Гиммлер: “Этот низкопробный людской сброд, славяне, сегодня столь же не способны поддерживать порядок, как не были способны много столетий назад, когда эти люди призывали варягов, когда они приглашали Рюриков”10. Варяжскую карту в антирусских целях довольно часто пытались разыграть недруги России. Пытаются разыграть ее и сейчас. С рубежа 80—90-х гг. многие отечественные СМИ и определенные, но весьма влиятельные политические круги внутри страны, прибегая к разным примерам, в том числе и к примеру призвания варягов, принадлежавших, по их мнению, к германскому этносу, усиленно внушают нам мысль о мессианской роли Запада, который, как показывает история, всегда проводил в отношении России только одну политику, политику, в корне противоречащую ее национальным интересам и ее безопасности, политику, враждебную России.
Сегодня многими учеными забытым оказалось чувство ответственности не только перед настоящим и будущим, но и перед прошлым. Забытыми оказались непреложные основы исторической критики и нормой стали тенденциозность и игнорирование наличия давних и широких связей восточных славян не со скандинавами, а со своими южнобалтийскими сородичами. Если продолжать не видеть этого очевидного факта, то, как прозорливо предупреждал С.А. Гедеонов, “при догмате скандинавского начала Русского государства научная разработка древнейшей истории Руси немыслима”, и вместо истинной истории ранней Руси даже при самых благих намерениях перед нами все также будет предстоять все тот же “истукан с норманскою головою и славянским туловищем”11. Абсолютизация всего скандинавского не позволяет исследователям не только увидеть явное, не только обрекает их на вечное топтание на месте, но и постоянно толкает их на создание исторических призраков, затрудняющих пробуждение национального самосознания не только у молодежи, но и у значительной части взрослого населения нашего общества. Национальное самосознание — это не пустой звук, но это и не жупел, которым пугаются и которым пугают других наши недоброжелатели. Это необходимейшее условие обновления и процветания современной России. Это необходимейшее условие ее бытия. Но чтобы бытие это было чистым и прочным, надо отказаться от того небытия, которым так усердно наполняют нашу историю. Причем наполняют при молчаливом попустительстве самого общества, не думающего о пагубности и




греховности подобного молчания и вынужденного поэтому платить за него очень большую цену, со временем все более и более возрастающую.
1.   Петрей П. История о великом княжестве Московском. М., 1867. С. 90 - 91.
2.                 Скрынников Р.Г. Войны Древней Руси // Вопросы истории. 1995. № 11-12. С. 24 - 38; Он же. Древняя Русь. Летописные мифы и действительность // Вопросы истории. 1997. № 8. С. 3 - 13; Он же. История Российская. IX—XVII вв. М., 1997. С. 8 - 67; Он же. Русь IX—XVII века. СПб., 1999. С. 14 - 76; Он же. Крест и корона. Церковь и государство на Руси IX—XVII вв. СПб., 2000. С. 3 - 32.
3.  Dalin O. Geschichte des Reichs Schweden. Greifswald, 1756. Bd.1. S. 234, 409 - 418; Далин О. История шведского государства. СПб., [1805]. Ч.1. Кн.1-2. С. 673 - 678, примеч ц на с. 385, примеч.с на с. 438.
4.  Викинги: набеги с севера. М., 1996. С. 64 - 76; Уингейт Ф., Миллард Э. Викинги. М., 1998. С. 40 - 41.
5.                 Гедеонов С.А. Варяги и Русь. Историческое исследование. СПб., 1876. Ч.1. С. 3; Венелин Ю.И. Скандинавомания и ее поклонники, или столетния изыскания о варягах. М., 1842. С.12.
6.                 Дмитриева Р.П. Сказание о князьях владимирских. М., Л., 1955. С.162; Синопсис. СПб., 1762. С.22; Акты, относящиеся к истории Западной России, собранные и изданные Археографическою комиссиею. 1633—1699. СПб., 1853. Т.Ѵ. С.83.
7.   Герберштейн С. Записки о московитских делах. СПб., 1908. С.4; Зерцало историческое государей Российских // Древняя Российская Вивлиофика. СПб., 1891. С.29; Чивилихин В. Память. Роман-эссе. Л., 1983. Кн.2. С.382 - 383.
8.   Buchholtz S. Versuch in der Geschichte des Herzogthums Meklenburg. Rostock, 1753. II Stammtafel; Мыльников А.С. Картина славянского мира: взгляд из Восточной Европы. Этногенетические легенды, догадки, протогипотезы XVI — начала XVIII века. СПб., 1996. С. 131 - 134.
9.      Подробнее см.: Фомин В.В. Русские летописи и варяжская легенда. Липецк, 1999. С. 133 - 144.
10.               Цит. по: Чивилихин В. Указ.соч. С.358; Откуда есть пошла Русская земля. Века VI—Х / Сост., предисл., введ. к документ., коммент. А.Г. Кузьмина. М., 1986. Кн.1. С.6.
11.   Гедеонов С. А. Указ.соч. CVI, !Х.


dimslav

Сообщения : 1573
Дата регистрации : 2017-04-29
Возраст : 51

Вернуться к началу Перейти вниз

Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды Empty Re: Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды

Сообщение автор dimslav в Чт Июл 25, 2019 5:14 pm

Фомин В. В. - ВАРЯГИ И ВАРЯЖСКАЯ РУСЬ: К итогам дискуссии по варяжскому вопросу
mediafire.com file/qohkka82094ij5x
Монография посвящена одной из самых актуальных тем российской и зарубежной науки - проблеме этноса варяжской руси, стоявшей у истоков российской государственности. Подробный анализ Источниковой базы показывает, что своими корнями варяжская русь связана со славянским южнобалтийским Поморьем, определявшим в ІХ-ХІ вв. жизнь всей Северной Европы. Выявлены иные истоки норманизма, действительное содержание полемики М.В.Ломоносова и Г.Ф.Миллера по варяго-русскому вопросу, принципиальное отличие в понимании сути антинорманизма между исследователями дореволюционного времени и исследователями XX в. Источниковедческая часть работы содержит подробный историографический обзор по вопросу складывания древнейшей нашей летописи Повести временных лет и Сказания о призвании варягов.

Как приложение еще одна небольшая работа Фомина
Фомин В. В. - ВАРЯГИ И ВАРЯЖСКИЙ ВОПРОС В СУДЬБЕ РОССИИ
mediafire.com file/e8og5h5xhocm31y/
Громогласный и слаженный хор норманистов, гипнотизирующий податливых слушателей, никак не может скрыть того факта, что народа под именем "русь" никогда не существовало ни в Скандинавии, ни среди скандинавских народов вообще. Никакой скандинавской "Руси" не знают ни саги, ни другие источники. Не связывает варягов со Швецией и главный источник по истории Киевской Руси ѕ ПВЛ. В качестве родины варягов летопись указывает на совершенно иную территорию. В ее недатированной части сказано, что варяги сидят по Варяжскому морю "ко въстоку до предела Симова, по томуже морю седять к западу до земле Агнянски..." Еще в XIX в. было верно определено, что "земля Агнянска" - это территория в низовьях Эльбы, где проживали агло-саксы, т.е. южная часть Ютландского полуострова, занимаемого ныне датчанами. Соседями англов было племя вагров-варинов. Именно они и были собственно варягами. Летопись содержит неоспоримое свидетельство о языке, на котором говорили варяги. Придя в Северо-Западную Русь, они основали здесь города, дав им славянские имена, ѕ Новгород, Изборск и Белоозеро. Будь так, как утверждают норманисты, то эти города носили бы шведские (скандинавские) названия

Гедеонов С. - Варяги и Русь. Разоблачение норманнского мифа
mediafire.com file/81c0cnk9jgqcwfb/
https://yadi.sk/d/wAZsvMQgF4EI8w


"Варяги и Русь" известного отечественного историка Степана Александровича Гедеонова (1816-1878) - одна из главных книг наносящих сокрушительный удар по норманнской теории возникновения русской государственности. Впервые изданная в 1876 г., она была сразу отмечена как значительное явление в русской исторической науке, как образец объективности и научной добросовестности. Книга не утратила актуальности и до сего дня является одним из основных пособий для тех, кто изучает происхождение Руси. Адаптирована для популярного чтения.

dimslav

Сообщения : 1573
Дата регистрации : 2017-04-29
Возраст : 51

Вернуться к началу Перейти вниз

Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды Empty Re: Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды

Сообщение автор dimslav в Чт Июл 25, 2019 5:40 pm

Т. И. Алексеева и др. - ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ. АНТРОПОЛОГИЯ И ЭТНИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ
mediafire.com file/88diugyhwzu9vud/
https://yadi.sk/d/XBAJXETXpw8fKg

Коллективная монография суммирует итоги более чем столетнего периода изучения восточных славян. В ней освещаются проблемы этнической истории восточных славян, их взаимоотношения с балто- и финноязычными и другими соседящими народами, проблемы ранней и поздней колонизации восточноевропейских земель, генетических истоков восточных славян и славянской “прародины”.
Анализируются различные системы антропологических признаков, позволяющих использовать антропологический материал в качестве исторического источника. Это диагностика физического типа древнего и современного населения, дерматоглифика, одонтология, генетические маркеры, палеодемография, ономастика, фотопортрет.
Работа коллектива авторов не просто подводит итоги сделанного за столь продолжительный период изучения восточнославянской антропологии, но, с учетом новых направлений исследований в мировой антропологической науке, с применением методов многомерной статистики и использованием новейших антропологических методик, продолжает разработку как полученных ранее, так и собранных вновь антропологических материалов

Татьяна Ивановна Алексеева - ЭТНОГЕНЕЗ ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН по данным антропологии
mediafire.com file/a75hq5z24rwfi3f

Работа посвящена формированию физических особенно¬стей и этнической истории русского, украинского и белорус¬ского народов. Она основана на многочисленных антрополо¬гических материалах, охватывающих более чем тысячелетний период и относящихся к древнему и современному восточно- славянскому населению. Кроме того, в ней рассматриваются взаимоотношения восточных, западных и южных славян, контакты славян с германцами, балтами, финно-уграми и тюрками. Большое место в работе уделено выяснению гене-тических истоков славян и их прародины. Специально освещается характер эпохальных изменений антропологических признаков во времени и его влияние на сложение физиче¬ских черт народа


Последний раз редактировалось: dimslav (Чт Июл 25, 2019 8:01 pm), всего редактировалось 1 раз(а)

dimslav

Сообщения : 1573
Дата регистрации : 2017-04-29
Возраст : 51

Вернуться к началу Перейти вниз

Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды Empty Re: Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды

Сообщение автор dimslav в Чт Июл 25, 2019 7:58 pm

Гильфердинг А.Ф. - История балтийских славян
mediafire.com file/xspu2idxki6ohyq/
Александр Федорович Гильфердинг (1831-1872), дипломат, крупный государственный и общественный деятель, выдающийся ученый-славист, историк и филолог, фольклорист, оставил богатейшее научное наследие по истории, лингвистике, фольклору западных и южных славян. Но особое место в его творчестве занимала история исчезнувших южнобалтийских славян, с которыми отечественная, западноевропейская и арабская традиции связывают летописных варягов и русь. В настоящее издание включены фундаментальные исследования ученого, положившие в науке начало изучению южнобалтийской славянской цивилизации, вызывавшей восхищение у современных ей германцев и сыгравшей огромную роль в истории Северной и Восточной Европы: «История балтийских славян», «Борьба славян с немцами на балтийском Поморье в средние века» и незавершенные очерки об истории Южной Балтики X - первой половины XI века. Издание снабжено научным аппаратом. Переиздается впервые после издания в составе собрания сочинений 1874 г. Для широкого круга читателей.

dimslav

Сообщения : 1573
Дата регистрации : 2017-04-29
Возраст : 51

Вернуться к началу Перейти вниз

Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды Empty Re: Миф о "монголоидности" русских придумали гибриды

Сообщение автор Спонсируемый контент


Спонсируемый контент


Вернуться к началу Перейти вниз

Вернуться к началу


 
Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения